— Ну зато повидались, — ничуть не расстроился я.

Тем не менее и полезную информацию я получил. Елизавета мне назвала адреса лучших ювелирных салонов, где можно присмотреть драгоценные камни. Вот уж в чём девушки незаменимые эксперты.

— Советую первым делом заехать к Юсупу, — наставляла Аврамова. — А если шепнёте ему, что от меня, то и скидку приятную получите. У Юсупа весь высший свет покупает украшения. Те, что на аукционы не уходят. Но есть у него ещё и закрытый зал, вот туда непременно загляните.

Я надеялся, что мне не придётся прибегать к упоминанию имени островной княгини. Мало ли при каких обстоятельствах она скидку эту получила. Поставлю ещё ювелира в неловкое положение… Но девушку я поблагодарил.

Распрощались мы тепло и по-дружески, и я поспешил в салон. До закрытия оставалось пару часов, но кто знает, найду ли я нужное сразу?

Город словно стих в ожидании осени. Этим вечером стало прохладно, и на улицах появились первые плащи. Это не мешало части жителей щеголять в летних нарядах, но уже ощущалось приближение нового времени года. Скоро, на краткий миг, деревья окрасятся я яркие цвета, как прощальный жизнерадостный рисунок.

Почему лето пролетает так быстро? Никакое другое время года не сравнится по скорости.

— Чудеса какие-то, — улыбнулся я этому открытию, паркуясь возле нужного здания.

Золотые буквы над входом горели в свете фонарей. Нескромно, но со вкусом. «Ювелирный дом Ю. А. Хоровица». Мне как-то не пришло в голову уточнить полное имя владельца, но эту проблему решила табличка на внешней стене, гласящая о том, что Юсуп Адамович Хоровиц почётный гражданин, купец первой гильдии, советник торговой коллегии и прочие карьерные достижения.

Известный ювелирный дом выглядел весьма сдержанно, выделяясь лишь одной деталью. Весьма заметной, надо признать. Над двустворчатыми дверями сидел дракон.

Мне даже пришлось сделать пару шагов назад, чтобы рассмотреть этот мифический символ сокровищ.

Безусловно, масштаб был не реалистичный, а меньше. Реальный дракон, даже молодой, размером бы стал в половину трёхэтажного дома. Да и вряд ли разрешили бы городские службы, из тех, кто следит за фасадами и общим обликом столицы.

Но и этот зверь внушал трепет. Я улыбнулся, безошибочно узнав талантливую работу мастера Овражского. Такая детализация и натуралистичность могла принадлежать только его руке.

Дракон смотрел на меня сверкающими глазами и спускал хвост к входу. Глаза, кстати, были выполнены из драгоценных камней. На таком расстоянии какие именно, я не понял. Да и специалистом не был. Сюда бы невесту Батиста или Хлебникова, вмиг рассказали бы мне и количество карат, и происхождение, и все характеристики.

Я обрадовался, что у меня есть уже два помощника в этом деле.

Как бы мне ни было любопытно, но нужно потратить годы, чтобы стать мастером. Или очень хорошим подмастерьем. Будь я у меня всё время мира, возможно…

Мастер всего. Не звучит как-то…

Кивнув швейцару, терпеливо держащему для меня открытую дверь, пока я любовался скульптурой, я зашёл внутрь.

— Неплохо, — хмыкнул я, оглядываясь.

Холл, ведущий в зал, сразу же настраивал посетителя на то, что здесь всё дорого и богато, как говорила нынешняя молодёжь. Прохор мне постоянно приносил с рынка современные фразеологизмы.

Настойчиво, но при этом ненавязчиво, но каждая деталь интерьера показывала особый статус заведения. Хоровиц обволакивал своих покупателей роскошью, но не кричащей, а уверенной.

Действительно, мгновенно менялось настроение, осанка и намерения. Разве здесь допустимо мелочиться и уж тем более торговаться?

— Мило, — позволил я себе ещё один комментарий, когда увидел, кого отправили меня встречать.

Девушка красоты не ослепительной, но такой же изысканной и убедительной. Ничего лишнего, но общий образ — шедевр. На миг лишь в её глазах промелькнула какая-то эмоция вроде испуга. Я понял — это оттого, что она меня не знала. Ошибиться в таком случае — риск потерять клиента с толстым кошельком.

— Князь Александр Вознесенский, — спас я её от мучений.

Да и в принципе представляться — правило хорошего тона. Будь ты императором или кем угодно, это обычная вежливость.

Никогда не понимал тех, кто обижался, если его не узнали. Я бы вообще вот предпочёл, чтобы со мной такое было почаще.

— Ваша светлость, — присела она в идеальном реверансе. — Меня зовут Топаз.

Она сверкнула своими голубыми глазами словно в знак подтверждения.

— Топаз? — улыбнулся я. — Вас правда так зовут?