— Что касается твоих идей… Когда сможешь показать мне первый такой «автоматический щит»? Не на словах, а в деле.

Я посмотрел на него с уверенной ухмылкой, потому что ощутил прилив сил из-за простого понимания: Милорадович явно верил в успех моих идей и очень ждал положительных результатов.

— К следующей тренировке будет готов. Сырой прототип. Но он будет работать.

— Буду ждать, — просто ответил он.

Я уходил с тренировки измотанный, но невероятно довольный. Сегодня я не просто стал сильнее. Сегодня я понял, в чем моя настоящая сила. Не в том, чтобы стать таким же, как князь, хоть это и было бы совсем нелишне, на такое развитие уйдут годы. А мой козырь был в том, чтобы создать новый метод магического боя. Такой, каким владеть буду только я.

Как бы пафосно ни звучало, я создавал оружие, которого этот мир еще не видел.

И всем своим нутром я чувствовал, что оно мне очень скоро понадобится.

Вечер застал меня дома, за монитором. За прошедшие несколько дней я покатался еще, по самым разным объектам. Теперь уже на служебном самоходе, потому что на такси такими темпами денег не напасешься. Баюн, утомленный нашими дневными разъездами, дремал на диване. А я, попивая чай с лимоном, закапывался в самую скучную, но самую опасную для моих врагов часть расследования.

Деньги.

У меня были акты выполненных работ и все, как один липовые. Также у меня были ужасающие фото с объектов, но я продолжал копать дальше. Хотел понять механику хищения. Как именно казенные миллионы превращались в наличные в карманах самого Зацепина.

Я открыл схему связей, которую набросал в графическом редакторе. В центре — «Гранит-Строй».

— Баюн, глянь, — позвал я, не оборачиваясь.

— Мр-р? — кот лениво приоткрыл глаз. — Нашел, где золотишко припрятано?

— Пока еще нет, но я, кажется, нашел как его моют. Смотри.

Я развернул на экране выписку по контрагентам, которую удалось вытянуть через открытые данные арбитражных судов и реестры проверок.

— Вот тендер на ремонт теплотрассы. Сумма в пять миллионов. «Гранит-Строй» получает деньги от Управы. И что происходит дальше? В течение трех дней сорок процентов суммы уходит на счета ООО «Вектор». Назначение платежа: «Консультационные услуги» и «Аренда спецтехники».

— Сорок процентов за консультации? — хмыкнул кот. — Дорогие нынче советы.

— Именно. Это чистый откат. Прибыль, которую они вывели сразу. А оставшиеся шестьдесят процентов ушли в ООО «Строймонтаж-ДВ» по договору субподряда. То есть сам «Гранит» ничего не делал. Он просто передал работу дальше, оставив себе почти половину денег.

— Ну, это посредничество, — зевнул Баюн. — Скучно.

— Если бы. Смотрим дальше. Кто такие «Строймонтаж-ДВ»?

Я кликнул на следующую вкладку. Карточка компании.

— Уставной капитал минимальный. Офис в подвале жилого дома на окраине, по адресу массовой регистрации. Штат — один человек. Генеральный директор.

Я вывел на экран данные директора.

— Кузьмин Илья Петрович, 1950 года рождения. Прописан в деревне Малые Пеньки.

— Солидный бизнесмен, — съязвил кот.

— Ага. А теперь самое смешное. Я пробил этого Кузьмина по базе должников судебных приставов. На нем висит пять кредитов на мелкую технику, которые он не платит уже три года.

Я повернулся к коту.

— Ты веришь, что человек, который не может отдать деньги за телефон, пылесос и микроволновку, ворочает миллионными контрактами на ремонт теплотрасс?

— Мозг у меня, может, и невелик, но функционален, — фыркнул Баюн. — Это номинал. Фунт.

— Бинго. Классический «космонавт». Дед, которому дали бутылку водки и тысячу рублей за подпись в документах. А теперь смотри сюда. ООО «Ремстрой Плюс». Еще один субподрядчик. Получил от «Гранита» несколько миллионов за ремонт той самой крыши.

Я открыл следующую вкладку.

— Директором числится Волков Сергей Иванович. Дата прекращения деятельности в качестве индивидуального предпринимателя обозначена два года назад. Причина: смерть физического лица.

В комнате повисла тишина.

— Они переводили деньги покойнику? — уточнил Баюн.

— Фирме, где директором числится покойник. Видимо, забыли переоформить, или просто настолько обнаглели, что им плевать. Банк проводит платежи автоматом, налоговая спит.

— Как вообще банк переводит деньги покойнику, если есть засвидетельствованный факт его кончины?

— Без понятия, старина, — ответил я.

Я откинулся в кресле, потирая переносицу.

Картина была ясна, как лабораторный анализ.

— Это «прачечная», Баюн. Обычная и очень тупая схема обналички. «Гранит-Строй» — это просто фасад. Они выигрывают тендеры, потому что Зацепин пишет под них условия. Потом они забирают себе львиную долю как «прибыль», а реальную работу спихивают на фирмы-однодневки, оформленные на бомжей и мертвецов. Эти однодневки нанимают за копейки шабашников, лепят что-то дендро-фекальным методом, а потом банкротятся и исчезают. Концы в воду.