А «Страж» все реагировал и подстраивался. К каждой атаке — свой щит, подогнанный под силу удара с небольшим запасом, минимальные затраты энергии. Ни один удар меня не коснулся, ни разу мне не пришлось вручную отбивать атаку в последний момент.

Помимо наблюдения, я ощущал, как мой магический «код» работает. Как «Сторож» фиксирует угрозу. Как «Оценщик» анализирует ее тип и траекторию. Как «Исполнитель» выбирает нужный тип щита и ставит его в нужную точку. Это было прекрасно. Комбинированные атаки проходили. Защита держала. Черт возьми, она держала!

Но я видел и слабые места. Код был еще сырым. Иногда, когда две разные атаки приходили почти одновременно, «Оценщик» на долю секунды «задумывался», выбирая приоритет. Это нужно было исправить. Докрутить многопоточность.

Но это — потом. А сейчас я знал главное. Мой щит работал.

— Хватит! — крикнул я, и магический град мгновенно прекратился.

Я дал Баюну отбой. Защиту проверили. Пора было переходить к атаке. Если предыдущий раунд подразумевал под собой бой со множеством противников послабее, то следующий должен был имитировать настоящую магическую дуэль. Баюн отозвался, «нарисовав» мне противника. Лиц у его иллюзий не было, но я все равно отчетливо видел на черепе «врага» рожу Игната.

Сначала — «Отложка». Тут я отрабатывал тонкое управление отложенными «Копьями». Точное их наведение. Первое «Копье» — центр, противник выставил щит, широкий, но мощный. В этот момент второе и третье, в плечо и под колено, обходя барьер. Он расширил щит и отбил.

Медленно! Предсказуемо.

Я отразил контратаку иллюзорного «Игната» и ударил снова. И снова. И снова.

Меняя цели, мощность, намерение, я оттачивал свою способность адаптироваться к такому врагу. Наконец, одно из трех «Копий» стабильно обходило его защиту. В большинстве случаев.

К «Отложке» я добавил «Захват». Доводил его до совершенства. Скорость «вызова» заклинания, его точность, опять же, попытки обойти защиту. Отрабатывал точные захваты — кисть, локоть, плечо, колено.

А вот «Экспансия»… Этот инструмент пока пришлось отложить. Не был я к нему готов. Недостаточно силен, чтобы убить таким образом быстро и эффективно.

На этом мой план подходил к концу…

Или нет?

— Баюн, — протянул я медленно, и кивнул в сторону иллюзорного противника. — А теперь заставь этого господина неожиданно появляться с разных сторон. И бить меня молнией.

Баюн навострил уши.

— Иллюзорной ведь?

— Да, конечно, — я улыбнулся. — Мы хотим усложнить жизнь Гаврилову и Салтыкову, а не облегчить ее моей преждевременной смертью.

И вот это был настоящий ад. Я не успевал. Катастрофически. Где-то не успевал развернуться. Где-то мешкал с достаточно сильным щитом. Раз за разом мягкие, но все же неприятные электрические удары настигали мое бренное тело.

Баюн был безжалостен. Появление, молния. Появление в другом месте, снова молния. Я ставил и ставил щиты, и не справлялся все равно. Но не сдавался, пока совсем не выбился из сил.

— Хва… хватит, — запыхавшись выдал я. — Больше… не могу…

Иллюзорный противник исчез.

— Дима, ты как? — обеспокоенно окликнул меня Баюн.

— Хреново, — постно ответил я.

Не потому, что устал. Усталость была нормальным явлением. А потому, что не смог, не справился, ни единого раза. Оставалось только надеяться, что до «Молнии» не дойдет. И такая вот надежда, оставление своей жизни на волю случая, мне было совершенно не по душе. Не из-за страха. Просто провалы не любил, старался всегда держать ситуацию под контролем.

Но больше сделать ничего было нельзя.

Будь, что будет.

Домой мы вернулись поздно. Но спать еще не хотелось и не моглось, так что я просто прошел на кухню, заварил чаю. На идеально чистый стол расстелил свежий номер «Губернского Вестника», чтобы не поцарапать столешницу, и выложил на него содержимое сумки: пистолет и коробки с патронами.

Баюн, сидевший на подоконнике, наблюдал за мной. Вот он на той тренировке не так уж и устал. Силен был и опытен, все-таки, хотя создание и поддержка таких сложных иллюзий напрягли и его.

Я начал методично, без суеты, разбирать пистолет. Отстегнул магазин. Проверил патронник. Снял затворную раму. Каждое движение уже становилось привычным. Это был своего рода ритуал, который помогал привести в порядок мысли, разложить все по полочкам, да и успокоиться после тренировки. Полностью разобрав пистолет, я начал собирать его снова. Бессмысленно? Возможно. Но бывают и худшие способы провести остаток вечера. Щелчок, еще щелчок. Разрозненные куски металла и магии снова стали единым целым. Получилось.