— А это правда?

Посерьезнев, он предложил мне руку, предлагая спуститься не по дороге, а прямо по склону и выйти к лодочной станции.

Костюм и туфли я сменила на джинсы и кроссовки, волосы так и оставила убранными, а по этому склону ходила множество раз, и объективно в помощи не нуждалась. Однако жест оказался приятным.

— Кто знает. Считается, что кто-то из царей, едва ли не Иван Грозный, приказал проложить их, чтобы жители города могли уйти отсюда, если крепость падет. По некоторым источникам, эти пути пролегают даже под дном реки и по всей старой части города. Асфальт возле мэрии время от времени проваливается, и обнаруженные под ним пустоты исследователи считают косвенным доказательством тому, что это в принципе возможно. Однако никаких официальных свидетельств обнаружения полноценных подземных ходов нет. Ты видел Свято-Никольский собор? Тот, что с зелеными куполами в строительных «лесах».

— Издали.

— Так вот, говорят, что спуск в один из этих ходов находится у них во дворе. Церковь очень старая, и в епархиальной летописи есть свидетельство о том, что в сарае при ней в двадцатых годах содержали приговоренных к расстрелу архиереев со всей области. Они содержались в откровенно отвратительных условиях, по тридцать человек в тесном помещении. И одной такой группе смертников удалось сбежать. Настоятель какого-то маленького храма отчаянно искал выход, и обнаружил спуск. Они ушли под землей, не оставив после себя никаких следов. Но доказательств этому, как ты понимаешь, не существует.

Рассказывая на ходу, я немного запыхалась, и пришлось замолчать, выравнивая дыхание.

Саша же слушал очередную байку с неожиданным вниманием.

— Тебе прошлое тоже интереснее, чем настоящее? — спросил он, наконец.

Я задумалась, потому что так вопрос перед собой не ставила.

— Мне интересно искусство. В этих сказках что-то есть.

— Что-то привлекательнее обстоятельств, которые тебя беспокоят?

Вопрос, заданный спокойным и негромким голосом пришелся как удар под дых.

Не предполагая, что он захочет вернуться к тому, чем поинтересовался из вежливости, я старалась отвлечься сама. Упоминание мэрии и эта деликатная, но атака на секунду выбили почву из-под ног. Заставили остановиться и посмотреть на него прямо:

— Тебе это правда интересно?

Он пожал плечами, очевидно сдерживая улыбку:

— Если дело в нежелании делиться трудностями, могу изложить тебе скучные подробности своих лошадиных дел. Так сказать, по бартеру.

Ни насмешки, ни фальши в этом не угадывалось, и я почувствовала себя отчаянно глупо.

— Скорее, я удивлена. Да и проблема, по сути, ничего не стоит.

— Тем более.

Ветер пригнул камыш, растущий у самой набережной, и, наклонившись, чтобы заглянуть в воду, я увидела листья кувшинок.

— Оказалось, что мэр Старолесска мой бывший одноклассник. И моя первая любовь по совместительству.

Саша ответил не сразу, то ли обдумывая услышанное, то ли давая мне возможность продолжить.

— Ты не хочешь этой встречи?

— Не знаю, — это, по крайней мере, было честно. — Тогда наше расставание казалось мне трагедией. Любая влюбленность кажется трагедией в семнадцать лет. Сейчас я думаю, что обычная подростковая история.

— Как я понимаю, тебе сделали больно?

В его тоне прозвучало что-то, заставившее меня поднять лицо, и мы посмотрели друг другу в глаза.

— Всем когда-нибудь делали больно.

— Это не повод убеждать себя, что это ничего не значит.

Саша был первым человеком в моей жизни, от которого я слышала подобное. Первым, с кем я заговорил о Стасе. Зачем-то.

— Просто еще один мальчик разбил сердце ещё одной девочке. Ничего страшного. Еще одна наша одноклассница теперь научный сотрудник Выставочного центра. Директор то ли пытается продемонстрировать мне свою значимость, то ли вымогает взятку. Она предложила ненавязчиво сообщить ему о моём знакомстве с Павловым. Идея показалась мне хорошей, но теперь я сомневаюсь, не переборщили ли мы.

— Не хочешь напугать директора слишком сильно? Что, если запуганным он договорится о скидке?

Вообразив себе эту картину, я невольно улыбнулась, а потом качнула головой:

— Мне хотелось бы получить доступ к фондам. Взглянуть хотя бы одним глазком.

— Планируешь ограбить музей?

— У меня нет камина, чтобы топить его этим.

На этот раз мы улыбнулись оба, и я почувствовала, как на душе становится парадоксально легче.

— Как правило, директора таких центров и галерей глубоко аффилированны с художниками. Проще говоря, он скорее покажет мне мазню своего собутыльника, чем сведёт с по-настоящему талантливыми людьми. В фондах можно найти настоящие жемчужины.

— Значит, возможное вмешательство мэра действительно улучшает дело.

Мы не спеша шли вдоль реки по направлению к автобусной остановке, и с каждым шагом думать мне становилось проще.

— Я не учла одну вероятность. Если Стасик не пожелает меня вспоминать. Или того лучше, затаил на меня обиду…

— Но это ведь он тебя бросил. Разве нет?

Мы переглянулись ещё раз, и я почти засмеялась:

— Ты бы захотел дружить с женщиной, для которой стал первым, а на утро просто сбежал?