— Это не колдовство, барон, — ответил я, снова поднимая трубу к глазам. Мой голос был ровным, почти скучающим, как у лектора, объясняющего прописную истину тупому студенту. — Это химия и геометрия. Две вещи, куда более надёжные, чем любые ваши заклинания. А теперь, будьте добры, передайте корректировщикам. Батарея, огонь по готовности. Цели — осадные машины на стенах. Подавить все, работать поочерёдно, по два орудия на цель. Начинаем с левого фланга.

Эссен смотрел на меня с благоговейным ужасом, как на какое-то божество войны, изрекающее свои кровавые заповеди. Он судорожно кивнул и бросился к сигнальщикам-неко, стоявшим неподалёку с набором ярких флажков. Через мгновение флажки взлетели в воздух, передавая мой приказ на огневую позицию.

Я превратился в холодный, бесстрастный механизм. Командный пункт, моя убогая повозка, стал операционной. Карта на столе телом пациента. Подзорная труба скальпелем. А я — хирургом, который пришёл не лечить, а ампутировать. Вырезать гниющую опухоль «Чёрного Клыка» из тела моего баронства.

Ответ с холма не заставил себя ждать. Два «Молота» рявкнули почти одновременно, с разницей в пару секунд. Снова пронзительный вой в небе, снова две невидимые стальные осы устремились к цели. Я не отрывал трубы от стены.

Я видел, как расчёт эльфийской катапульты в панике пытается развернуть её в нашу сторону. Они суетились, бегали, но было уже поздно.

Первый снаряд ударил в основание машины. Не было красивого взрыва, лишь сухой, резкий хлопок, и огромное деревянное основание, которое могли сдвинуть минимум десять эльфов, просто разлетелось в щепки, как будто его сделали из гнилой соломы. Второй снаряд пришёл через секунду, попав прямо в корзину с камнями. Бризантная взрывчатка, сдетонировав, превратила снаряды и части механизма в рой смертоносных осколков. Я видел, как тела эльфов-артиллеристов подбросило в воздух, как их разорвало на части, как ошмётки плоти и тёмного дерева дождём посыпались на внутренний двор крепости.

Грохот. Вой. Взрыв. Ещё одна осадная машина, превращённая в груду дымящегося мусора.

Это был методичный, холодный, почти будничный расстрел. Я не давал им ни секунды на передышку, ни мгновения на то, чтобы осознать происходящее. Мои корректировщики, юркие и быстрые неко, занявшие позиции на окрестных склонах, работали безупречно. После каждого залпа они тут же вносили поправки, передавая их флажками на батарею.

«Правее на полградуса! Взять выше на пять шагов!»

И следующий снаряд летел уже точнее, ещё смертоноснее.

Эльфы на стенах пришли в себя. Их паника сменилась яростью. Маги, одетые в длинные, расшитые серебром балахоны, выбежали на стены и начали что-то отчаянно кричать, воздевая руки к небу. Через мгновение в нашу сторону полетела ответка. Огненные шары, сгустки тьмы, какие-то зелёные, кислотные плевки. Но всё это было бесполезно. Они просто не могли добросить. Заклинания, рассчитанные на дистанцию в двести-триста метров, лопались в воздухе где-то на полпути, не причиняя нам никакого вреда. Это было похоже на то, как ребёнок бросает камни в проезжающий мимо бронепоезд. Жалко и абсолютно бессмысленно.

— Идиоты, — прокомментировал я вслух, наблюдая за этим представлением. — Они всё ещё не поняли. Они пытаются драться на дуэли, а я провожу ковровую бомбардировку. Эссен!

— Здесь, командир! — мой адъютант подскочил ко мне, его глаза блестели от восторга.

— Осадные машины на стенах подавлены. Теперь нужно вырвать им клыки. — Я ткнул пальцем в карту. — Вот эта башня, и вот эта. Они обеспечивают фланговый обстрел подступов к центральным воротам. Если мы пойдём на штурм, они зальют нас огнём с двух сторон. Они нам не нужны.

— Уничтожить, командир? — с готовностью спросил он.

— Хуже. Демонтировать. Шестое, седьмое, восьмое орудия! Цель — южная фланговая башня! Бить по основанию! Три залпа, беглый огонь!

Три пушки рявкнули почти одновременно, слившись в один протяжный, раскатистый громовой удар. Три снаряда, как три стальных кулака, врезались в основание башни, выбивая из неё огромные куски чёрного камня. Затем ещё и ещё. Башня, содрогнувшись множество раз, накренилась, по её телу побежали уродливые трещины, но она устояла.

— Ещё залп! Той же цели! — скомандовал я.

Снова грохот. Снова три чёрные точки в небе. На этот раз снаряды легли ещё кучнее. И башня не выдержала. Она начала оседать, медленно, почти нехотя, как уставший старик, опускающийся на колени. Раздался чудовищный, перемалывающий кости скрежет камня о камень, а потом она просто сложилась внутрь себя, как карточный домик, подняв в небо огромное облако чёрной пыли и обломков. Я видел, как несколько эльфийских стрелков, стоявших на её вершине, камнями полетели вниз, их крики утонули в грохоте обвала.