Князь Оболенский меня за кого принимает? Даже современные детки с осторожностью относятся к медоточивым речам взрослых!

— О моих уникальных разработках вы слегка перегнули, Владимир Артемьевич, — я наполнил бокалы девушек вином и свой и не забыл. Игристое неплохое, почему бы не посмаковать? Чай, не баре, не переломимся за красотками поухаживать! — Да и смешно сравнивать «Экзо-Сталь» с несуществующим ещё предприятием. А Шульгину вы точно такие же перспективы обещали?

Лицо Главы Рода мгновенно закаменело. Князь Владимир, кажется, слегка растерялся, отложил нож и вилку, тщательно промокнул губы салфеткой. Лиза спряталось за бокалом, делая вид, что смакует вино.

— Поразительная осведомлённость от молодого человека, чья позиция в высокородном обществе не ясна и затянута туманом неопределённости, — слишком витиевато выразился младший Оболенский. Неужели раздосадован? Хоть какая-то польза от ГСБ! Спасибо Зосе, что настояла перед воеводой на прослушке переговоров между «Экзо-Сталью» и «Технобронёй». — Не сочти за оскорбление, Андрей. Скорее, это комплимент. Но с чего ты взял, что мы ведём переговоры с Шульгиным?

— У меня есть сильные аналитики, Владимир Артемьевич, — улыбнулся я. — Они предположили, что следует ожидать альянса между вашими компаниями.

— Ты хотел сказать, аналитики рода Мамоновых? — уточнил князь Владимир.

— Нет, именно мои, — продолжал блефовать я. Надо же как-то завуалировать информацию.

— Прости, не понял… Ты хочешь сказать, что у тебя есть аналитический отдел?

— Ну да. Формально он принадлежит «Бастиону», но раз я его хозяин, почему бы не использовать человеческий ресурс по назначению?

— Можно подумать, княжич Андрей Мамонов всерьёз решил стать самостоятельным, — пошутил отец Лизы.

— Почему бы и нет? Женюсь, объявлю о создании младшей ветви рода, — пожал я плечами. — С отцом по этому поводу у меня разговор уже был. Он не против. Я ведь самый младший из сыновей, с меня спрос небольшой.

— Значит, мы сейчас разговариваем с будущим Главой Рода? — не удержался от насмешки Артемий Степанович.

Эх, не воспринимают меня всерьёз!

— Надеюсь, что так.

Лиза при этих словах изогнула подведённые брови и с очень большим интересом, похожим на взгляд голодного хищника, поглядела на меня. А старший Оболенский, кажется, утратил ко мне интерес. Он вяло покопался вилкой в овощном салате, но бросил это дело, промокнул тонкие губы салфеткой.

— Ничего у вас не выйдет, молодые люди, — сказал Глава Рода, словно приговор вынес. — Система, в которую вы пытаетесь встроиться, слишком сложна. Рынок занят плотно, новичков туда не пустят. Если думаете, что Мстиславские станут этаким бульдозером, сметающим конкурентов с дороги, то ошибаетесь. Там, где коммерция с большими финансовыми потоками влияет на политику государства, она весьма устойчива.

— Вы сейчас про лоббирование своих интересов? — вежливо поинтересовался я. — Что получается: если я привлеку к проекту очень серьёзных людей, заручусь их поддержкой в Думе, то могу смело выходить на рынок? И какими бы монстрами не казались корпорации, имею шанс пододвинуть кого-то из них?

— Направьте свои усилия на другие проекты. Находить музыкальные таланты у вас лучше выходит, — скривил губы старший Оболенский. — Кстати, учитывайте такой момент, как сманивание лучших специалистов. Я не угрожаю, а предупреждаю, что подобное может произойти. Людям всегда свойственно искать лучшее место. И они будут интересоваться, а какое жалование получают спецы их профиля в «Имперских Доспехах», например.

— А почему вы упомянули именно «Доспехи», а не своё детище? — всё же молодость имеет изъяны в психологической устойчивости. Слова князя Артемия меня зацепили. В открытую насмехается, что будет уводить у меня людей. — Или вы считаете себя непогрешимыми? Отнюдь. В одной стае крутитесь. Ну да ладно, спор наш пустой. Меня другое интересует, — я отложил вилку в сторону. — Почему вдруг возник такой интерес к неработающему ещё заводу? К чему попытки создать корпоративный альянс с «Технобронёй»? Чтобы противодействовать клановому союзу? Господин Шульгин проявил бестактность по отношению ко мне — это одно. Но когда при мне начинают сманивать ценнейшего специалиста, причём, в открытую его мотивируя — это уже совсем другая песня. Вы же играете открыто и широко, пользуясь своим весом. Это как в боксе, когда против новичка выставляют матёрого бойца.

Арина слегка порозовела. Мой намёк был очень жирным и прямым, как удар копья. Артемий Степанович ухмыльнулся, поняв его. Развёл руками.

— Вспыльчивость, Андрей Георгиевич, самый плохой союзник в переговорах, — сказал он назидательно. — Тебе нужно научиться держать удар, мой мальчик. Я же тебя провоцировал, а ты холку встопорщил…

— Деда…

— Отец…

Лиза и Владимир Артемьевич чуть ли одновременно и предупреждающе прервали разговорившегося старика. Вот тут Глава Рода Оболенских ошибся. Он думает, что я сейчас начнут бурлить, как кипящий самовар, но нет. Если бы Артемий Степанович знал, какую закалку получил княжич Мамонов, общаясь со старейшиной Рода Булгаковых, отнёсся бы ко мне иначе.

— Я ценю любой урок, преподанный мне старшим поколением, — положив салфетку на край стола, я встал и улыбнулся. Не видел смысла и дальше продолжать разговор. Главное Оболенскими было сказано и мною отвергнуто. — Идёмте, Арина Васильевна. Нам пора возвращаться в Москву. Было приятно познакомиться, Владимир Артемьевич. Хороший бой получился. Очень перспективный бронекостюм — ваш «Атом». Куда лучше «Панциря». Но послушайтесь моего совета: не пытайтесь сделать комбинированный экзоскелет на основе изменённых характеристик интегратора. Ничего хорошего из этого не выйдет. Если хотите разрабатывать «механик», то бросьте силы на создании линейных двигателей. Или улучшайте характеристики «Атома» на основе своего кристалла-фокусария. До свидания, господа, Елизавета Владимировна. Надеюсь, наше общение не закончится на этом.