Он вздохнул и продолжил:

— Единственное поселение, куда я езжу практически постоянно, тоже не имеет денег. Там мы можем только обмениваться бартером. И, время от времени мои товары… ну, скажем так, теряются. Что только усугубляет общую ситуацию.

— Да, всё так, — резко проговорил один из парней. — Только вот как бы там ни было, мы не собираемся прощать ему долг. Пусть он и давит на твою жалость, но ты должен понимать, что это за человек.

Парнишка, который говорил, насупился.

— Мы ему помогали не раз и не два, а он нам чем отплатил? Только обещаниями.

— Ну… это… — снова промямлил старик. — Я искренне верил, что у меня всё наладится. Но, к сожалению… вот так вот бывает.

Я тяжело вздохнул, посмотрел на этих людей, затем перевёл взгляд на старика и спросил:

— Сколько денег ты им должен?

— Сто пятьдесят серебряных, — ответил старший из четверки. — И это только то, что мы ему заняли, без учёта нашей помощи. На самом деле он должен нам больше двух золотых.

Я снова тяжело вздохнул, немного помедлил, посмотрел на них, затем достал из своей потайной сумки два золотых.

— Держи, — произнёс я, протягивая деньги парню.

Он вытаращил глаза, они переглянулись между собой, не веря в происходящее. Затем он резко схватил монеты и спрятал их в карман.

— Ты, конечно, красавчик, — произнес он. — Только не думай, что этот старикашка чем-то отплатит тебе за помощь. Максимум, что он может, навешать тебе на уши всякой чепухи.

— Я ни на что и не рассчитываю, — произнёс я. — Деньги приходят и уходят. Ну-у, где-то я об этом, по крайней мере, слышал. Поэтому ничего страшного.

Про себя же я подумал, что эти деньги мне достались довольно лёгким способом. Ну, как лёгким — я рисковал своей жизнью и спас несколько чужих жизней, но при этом делал то, что и так собирался делать: шёл по пути становления силы и попутно просто заработал немного. В целом меня всё устраивало.

Что же касается старика… Ну, будем считать, что таким образом я немножко искуплю существами свои грехи. Кому-то же в этом мире надо помогать.

Старик смотрел на меня изумлёнными глазами и, словно рыба, выброшенная на берег, то и дело открывал и закрывал рот. Он хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов.

Один из парней молча кивнул мне, после чего вся компания развернулась и ушла. Перед этим они коротко бросили старику:

— Долг за тебя уплачен. Но больше к нам не лезь… ни с какой просьбой.

Старый торговец поспешно закивал, а потом снова уставился на меня:

— Слушай, Арней… Я даже не знаю, что сказать. Спасибо… наверное.

— Да брось, — отмахнулся я. — Ты решил мне помочь. Просто так, не зная, кто я такой, и рискуя своим товаром и жизнью. А я просто возвращаю должок.

— Ну… глядя на тебя, я и не думал, что ты хоть что-то из себя представляешь, — честно признался он. — Я вообще думал, что если я тебя не подберу, ты там упадёшь и умрёшь.

— Вот видишь, — ответил я. — Ты побеспокоился обо мне. Так что не бери в голову.

— Ну, два золотых — это немалые деньги, — снова произнёс он. — Я такие деньги и не помню, когда в последний раз зарабатывал.

— Послушай, — сказал я, переходя к делу. — Если хочешь мне отплатить — можешь просто рассказать немного об этом месте. Есть ли здесь где-нибудь работа? — Тут я помедлил, посмотрел на него и добавил. — Оплачиваемая работа, за которую я мог бы взяться. Физический труд меня не пугает, если что.

— Сложно сказать, — произнёс он. — Но если работа где-то и есть, то найти её можно в таверне «Два крота и черный гусь».

— Туда ты меня и отправлял?

— Нет, — ответил он. — Изначально я думал послать тебя в другое место, где бы ты смог просто переночевать и поесть, надеясь, что не траванешься… Но теперь, возможно, тебе стоит пойти в нашу центральную таверну. Она располагается сразу за нашей площадью. И да, — продолжил старик, — там действительно можно найти и работу, и людей, которые её предоставляют. Только вот… — Он немного помолчал и понизил голос. — Некоторых заданий лучше всё же избегать. После которых люди просто не возвращаются.

Я усмехнулся:

— Ну да, такое я частенько слышал. Особенно в последнее время, — повторил я фразу, которую уже говорил ему ранее. — Слушай, так тебе не по пути со мной?

— Нет, — ответил он. — Но ради тебя, конечно же… давай сопровожу. И даже словечко замолвлю.

— Отлично, — кивнул я.

Торговец потёр грудь, словно ему было плохо. Хотя, если это было бы на самом деле, я бы не удивился — за последние несколько минут он выглядел так, словно очень сильно перенервничал.