Шрифт:
Валерия быстро вытащила из чемодана первые попавшиеся вещи. Выбор оказался удачным. Именно так она и хотела одеться. Голубые джинсы из мягкого материала, майка-блузка с рисунком известного итальянского дизайнера, кокетливые белые ботиночки – в них можно пройти любые расстояния.
Удобно и стильно.
Перед выходом она еще раз посмотрела в зеркало. Высокая и стройная. Белокурые волосы. Немножко полноваты бедра, но ничего не поделаешь – наследственность. Крупные черты лица. Свежая кожа и блестящие, любопытные глаза. Неплохо. Не скажешь, что у нее была беспокойная ночь.
Сзади хлопнула дверь металлической ограды. Валерия улыбнулась. Она знала, что сегодня будет удачный день.
Предчувствие ее никогда не обманывало.
Может, только в редких случаях.
Глава 2
«Список Гелена»
Май 1947 года,
Советская военная администрация в Германии,
Берлин, Карлхорст
– Как вы могли согласиться? Вам же твердили, что Америка – враг Германии!
– Россия тоже была нашим врагом.
– Но все же есть разница. Между Россией и Германией был заключен пакт о ненападении. Его нарушил Гитлер, и Германия поплатилась. Вы что, забыли об этом?
– Не будем вспоминать Гитлера. Его уже нет.
– Однако Германия существует. Каким вы видите будущее страны? Американской колонией? Молчите. Сказать нечего? Вас заставили работать на американцев?
– Меня невозможно заставить. Они требовали, не давали есть, но я отказывался.
– Где вас держали до вербовки?
– В Баварии. Лагерь в Мосбурге. Он устроен специально для офицеров СС.
– Сколько заключенных в лагере?
– Около трех тысяч.
– Кто вел допросы?
– Американцы. Говорили, что прибыли из Вашингтона, чтобы провести фильтрацию.
– Почему вы согласились работать на американскую разведку?
– Я очень устал и отказывался отвечать на их вопросы. Потом меня провели в комнату и оставили одного. Я задремал. Вдруг открылась дверь, и вошел человек в штатском. Очень высокий.
– Со шрамами?
– Откуда вы знаете?
– Вы его узнали?
– Почти сразу. Это был Отто! Да, мой командир Отто Скорцени! Я узнал его!
– Не кричите. Говорите спокойнее.
– Это был Отто!
– Понятно, что Отто. Слышали. Он говорил с вами?
– Да, он сказал, что Германия проиграла войну, но история не заканчивается. Нам нужно помогать американцам, чтобы остановить орды большевиков. Иначе они захватят всю Германию и вырежут всех немцев.
– И вы согласились?
– Да, я дал подписку, и меня направили в тренировочный лагерь.
– А потом перебросили во главе группы диверсантов в советскую оккупационную зону. Вас захватили почти сразу же. Не ожидали?
– Я был готов к смерти, но не думал, что все произойдет так быстро.
– Сейчас сожалеете, что согласились?
– Это был Отто. Он сказал…
В затемненном помещении раздались глухие рыдания, переходящие в бред.
– Уведите, – распорядился капитан госбезопасности Круглов.
Его непосредственный начальник майор госбезопасности Старостин покачал головой:
– Нам он вряд ли подойдет. Истеричен. Психика расстроена. Сомневаюсь, что у него опыт работы с агентурой. Диверсант. Не более того. Но какой-то информацией владеет. Поработайте с ним. Выясните, что он знает о лагере в Мосбурге. С кем сидел? Кто из его знакомых согласился работать на американцев? Кого видел в тренировочном лагере, кто его конкретно готовил к заброске в нашу зону? Планы диверсий, условия связи, контакты.
Круглов старательно записывал, хотя он и так знал, что именно следует «вытрясти».
Рабочий день продолжался уже четырнадцать часов. Допрашивали группу диверсантов, захваченных контрразведкой на территории советской оккупационной зоны Германии.
Количество агентов, забрасываемых из американской и британской оккупационных зон, возросло в несколько раз. Среди них преобладали немцы, прибалты, украинские националисты, власовцы. Иногда попадались и серьезные нацисты, которыми не брезговала американская разведка.
Перед отделом Старостина была поставлена особенно сложная задача – подобрать кандидатов для перевербовки и обратной заброски в западные оккупационные зоны Германии.