Телефон

призывно

лежал

на

тумбочке,

мигал

непрочитанным сообщением. Нет, Никита не собирался

настолько вмешиваться в жизнь Джоя - он же не маньяк, но

телефон… хотя бы на секунду, чтобы привычно кое-что

проверить.

Сообщение он специально не читал, даже глаза прикрыл, чтобы не видеть, но заметил, что оно от Влада. В груди вновь

что-то заворочалось, но Никита стерпел. Не тронул

уведомление, а лишь включил на секунду интернет и

синхронизировал мобильный с фитнесс-браслетом. Напряжённо

вглядывался в мерцающие цифры на экране, пока проценты

доходили до сотни, и выдохнул:

– Ты всё ещё хреново спишь, Дериглазов.

Почему его так бесконечно волновало, как Джой спит?

Почему вообще нужно было смотреть, что глубокого сна у него

всё так же меньше двадцати процентов и хуже требуемых

семидесяти баллов? Зачем?

Коря себя за любопытство, Никита как раз вырубал

приложение, когда на экран выплыло очередное уведомление.

Сообщение. И надо же было на этот раз случайно задеть его

пальцем! Диалог открылся мгновенно.

Vlad Mode: «Слышь, Дериглазов, мои подписчицы теперь

требуют тебя. Серьёзно, ты только глянь со вчерашнего

вечера что наскринили».

Следом за текстом шёл явно увеличенный скрин

улыбающегося в камеру Джоя. Подведённые глаза, джойстик в

руках. В той самой толстовке, которую они когда-то залили

кофе. Даже пятно осталось на месте. Следующий кадр: Джой

оттягивает ворот толстовки, демонстрирует то ли кадык, то ли

ключицы и показывает язык. Выглядит… весьма пошло.

Vlad Mode: «Джой, вчера тебя не раздели, но обещают на

следующей неделе оставить без трусов. YouTube, конечно, такое не пропустит, но одними ключицами ты не отделаешься.

Согласен? Э-э-эй, может, хоть развеешься? Девочки обещали

залечить тебе сердце. Есть пара мальчиков. Кастинг

проводить будешь или как?»

Vlad Mode: «Ау, ты там спишь, что ли?»

Никита, очнувшись, спешно попытался выключить диалог, пока не пришло ещё одно сообщение. И этого было слишком

много! Он не должен был лезть в телефон Сашки, не должен

был читать переписку и уж тем более видеть это. И скрины, и

слова про «залечить сердце».

Чёрт, чёрт, чёрт. Ведёт себя, как идиот!

Телефон не лёг на тумбочку беззвучно, громко клацнул

металлом о стакан с водой. Никита даже поморщился, взмолившись, чтобы Джой не услышал, но…

– Ник?
– пробормотал он, сонно моргая.

…но Джой слишком хреново спал.

– Ты чего тут делаешь? - уже более осмысленно

поинтересовался Джой, запуская руку в волосы и садясь.

Одеяло, конечно же, сползло, и взгляд Ники сам метнулся

вниз, к ключицам. В вороте толстовки оголённая шея

смотрелась как-то слишком. И нет, всё же не пошло, а…

эротично. Красиво, хоть и было обычным кривлянием на

камеру.

И Никита вдруг понял, что шея с ключицами у Джоя в

принципе красивые. Без кривляний, без камеры, без попыток

казаться лучше, чем есть. Он сглотнул, поднимая глаза выше и

встречаясь с мерцающим в полутьме взглядом.

– Мог бы хоть майку надеть, - упрекнул Джой.

– Зачем? - тупо выдал Никита. Взгляд его снова

соскользнул к ключицам, к шее, которая сильнее открылась, стоило Джою чуть запрокинуть голову.

– Ты невнимательный долбодятел, Ники, - на выдохе

сообщил Джой.

И приподнялся, протягивая руку, чтобы поймать его. Как

раз в тот момент, когда сам Никита отшатнулся, ощущая, как

закипает в крови желание в ответ на дыхание, коснувшееся

груди, и на идею оставить на этой шее засос.

Твою ж мать!

– Молодец, научился, - с кривой усмешкой отозвался

Джой.

– Чему?
– не понял Никита.

– Не отвечать на мои поцелуи, раз считаешь себя