– Мммм, да…чего-то я не помню, чтобы читающие так ошибались, – задумчиво произнес Ночной Орел, подойдя к остальным.

– Странно как-то, они же не голодные были и не за добычей пришли, – Тигр немного помедлил, подбирая слова, – просто шли убивать, еще и вдвоем.

– Да, – одобрительно кивая головой, подхватил Орел, – редко когда эти хищники сбиваются в стаи, только в голодные времена, и то для охоты на крупного и опасного зверя. Странно – и чуть подумав, добавил, – они хоть и не нежить, но вдвоем должны оставлять вполне явный след, что же читающие его просмотрели?

– Если так, то кто-то за такие ошибки получит хорошую трепку, – коротко обронил Тигр.

– Нам пора, – сказал Саламандр, вмешиваясь в разговор старших, указывая на запад.

Там уже начал разгораться новый день и первые отблески солнечного огня робко осветили край горизонта, разбавляя черноту неба до светло-синих тонов. Вскоре свет от небесного огня осветит все вокруг, принося утро на улицы города.

Хвард – один из пяти свободных городов, образовавших вольный торговый пояс, лежавший на границе со степью, соединяя несколько крупных торговых путей. Первый – из дальних восточных царств, второй – берущий свое начало с белоснежных песчаных берегов Сальмы, что лежала на западе, и третий – южный, по которому шли товары из Великой степи. За три сотни лет кочевники поняли, что гораздо выгоднее торговать, чем заниматься набегами. Те же, кто не захотел менять привычный уклад жизни, сложили свои головы в бесконечных боях, оставив о себе лишь память, жившую в песнях, распиваемых караванщиками на привалах у костра. С тех пор прошли многие годы мира, но горожане продолжали смотреть на степняков с опаской, помня, что когда-то степь принадлежала черным магам, ученикам Алора Безумного, того, кто развязал войну Забвения. А кочевые племена преданно служили черным магам, готовые по первому приказу отправиться в набег за рабами или живым человеческим материалом для темных ритуалов.

Хвард был крупнейшим из свободных городов, ведь именно отсюда, с берегов Медвежьего озера, начинался речной торговый путь. Ведуший вглубь Сользарского союза – самого крупного и сильного государства на материке. Хотя это был всего лишь осколок некогда огромной империи, созданной Сользарами, последними учениками Великих. Тех что пожертвовали собой в последней битве, дабы навсегда остановить обезумевшего брата. Сам город, так удачно расположившийся на берегу, одним боком упирался в воду озера, другим – в подножье горной гряды Бурых гор. За двести с небольшим лет он сильно разросся, пройдя путь от ярмарочного поселения вблизи нескольких торговых путей, до города, не уступающего в размерах имперской столице. И все это благодаря торговле. На его улицах: в больших и маленьких лавках можно было легко найти товары со всего света, столь редкие и дорогие в пределах самого союза и даже многое из того, что было под строгими запретами святого престола. Все потому, что святой престол церкви-защитницы основанный Сользарами и захватившей власть над всем союзом после их ухода, не имел никакого влияния в вольных землях. Конечно, в городах стояли храмы, где люди молились четверым Великим творцам и спасителям мира. Никто не запрещал горожанам посещать службы и подносить дары, да и сами священнослужители находились под защитой Совета городов, не желавшего ссорится со святым престолом. Но ни места в городском совете, ни права вето престол не имел. Правда, это имело и обратную сторону, взамен на деньги и власть, церковь предоставляла защиту для своей паствы от богомерзких порождений тьмы. Отряды паладинов патрулировали улицы городов Сользарского союза, готовые в любой момент встать на защиту горожан. И быть бы со временем свободным городам под пятой союза, если бы не Его Величество случай.

Метисы – проклятое племя, созданное черными магами для охоты и охраны. Бежав от своих темных владык, оказались между молотом и наковальней. Люди боялись их и презирали, а святой престол объявил вне закона, призвав к полному уничтожению. Хотя на первый взгляд незнающий человек не сразу поймет, кто стоит перед ним. Белые, практически бесцветные волосы, бледная кожа и лишь радужка глаза у пережившего переходный возраст метиса, окрашивалась более ярко, чем у человека и с куда более богатой палитрой цветов и оттенков. По внешним признакам метисы почти не отличались от людей, но физически превосходили во всем: силе, ловкости, реакции и выносливости, способные видеть в полной темноте и с обостренным обонянием. Такими их создали черные маги, соединив людское начало с проклятой кровью демонов. Метисам нужен был дом, а людям защита. Отцы-основатели, стоявшие во главе свободных городов, заключили договор со старейшинами племени, по которому метисам разрешили поселиться в двух городах, лежавших ближе всего к степи, и даже платили копеечное жалование. А взамен метисы по ночам патрулировали улицы, охотясь на ночных гостей, и делали это куда эффективней паладинов.

Метисы рысцой возвращались с охоты, их путь лежал туда, где раньше стояли первые городские кварталы – у самого подножья Бурых гор. Их строили еще на фундаменте старого городища, возведенного и разрушенного во времена древних эпох. Когда город начал расти, те, кто мог, постарались переехать в новые кварталы подальше от метисов, поселившихся в городе и катакомб, лежавших под старым городом, кишевших опасными тварями. И вскоре эти кварталы начала превращаться в трущобы – место обитания преступников и бандитов. Шло время и ситуация накалялась. Сброд, живший в трущобах и считавший их своей вотчиной, не хотел мириться с соседством мерзкого племени. Однако городской совет все устраивало, а решить вопрос, силой запугав метисов, было сравнимо с самоубийством. Шло время, и котел людского недовольства и ненависти бурлил все сильнее и сильнее, пока не взорвался. Никто так и не знает, что произошло на самом деле. Скорей всего, местные жители, желая избавиться от ненавистного соседа, по чей-то подсказке провести магический ритуал, призвав в наш мир демонов. Вот только этот кто-то забыл предупредить о скверном характере демонов. Им было все равно кого убивать и подчиняться жалким людишкам они не собирались. Трущобы запылали, а по улицам потекли реки человеческой крови. К утру, когда метисам удалось перебить демонов, заплатив за эту победу высокую цену, на месте трущоб осталось лишь тлеющее пепелище и море истерзанных обгоревших тел. Видя последствия ночной бойни, городской совет не стал разрывать договор, боясь остаться без защиты. Да и гибель жителей трущоб была им скорее на руку, чем поводом для скорби и волнения.

Похоронив погибших из своей общины, метисы на совете равных приняли решение перебраться в катакомбы под городом. Где кроме ходов и туннелей были огромные подземные залы до полусотни метров высотой и нескольких километров в диаметре. Это заняло почти полсотни лет и унесло жизни многих охотников, в общине тот период прозвали войнами за пещеры. Часть катакомб полностью зачистили, туннели и проходы в другие завалена. Труды и жертвы оказались не напрасны, за следующие годы община смогла отстроить себе новый дом, целый подземный квартал. Все это сделало город более безопасным и дало новый виток развития и роста. Из-за гулявших по Хварду слухов о той страшной ночи, люди не спешили селиться рядом, но нехватка земли внутри городских стен вынуждала ставить постройки все ближе к входу в подземелья. Шли годы и пустыри на месте трущоб начали застраивать складами и постоялыми скотниками: строениями для содержания лошадей и волов приезжих торговцев, все ближе подступаясь к входу в подземелье. В результате, в распоряжении метисов осталось не так много земли: большую часть занял совет матерей под огороды для выращивания целебных трав, а другую – под хозпостройки ремесленников. И, конечно же, адская яма – так горожане называли место, куда свозили и где утилизировали туши тварей, убитых ночью. Многие городские мальчишки хвастались, что были в ней и даже видели, как сжигали останки, но почти все врали.

Вот впереди показались развалины древнего храма, через которые лежал путь в общину. У входа, как всегда, дежурила группа «встречающих»: пара охотников, трое мастеров, на случай если ночью попалось что-то ценное, и несколько юношей-дежурных из школы охотников.

– Доброе утро, – поздоровался дежурный ведший запись, – что у вас?

– Доброе, хотя как знать. Упырь, – произнес Тигр. – Вот здесь, – добавил, показав на карте, лежавшей перед дежурным, место. По лицу парня отчетливо читалось, как сильно его расстроила эта новость. Возиться с огромной, вонючей тушей упыря никому не хотелось.

– И здесь мы двоих тигрокрысов завалили, – эти слова мгновенно привлекли внимание всех встречающих, – пришлось сжечь, – этого хватило, чтоб интерес исчез. Охотникам хватило этой информации, ремесленники снова приняли скучающий полусонный вид, поняв, что там нечем поживиться, да и в глазах дежурных погас огонь восторга, пылавший там всего секунду назад. Одно дело, своими глазами увидеть мертвые тела здоровенных хищных тварей, и совсем другое возиться с их обгорелыми останками.

– Орел, – обратился Тигр к другу