– Как только соседи такое терпят? – брезгливо заметила Лиза, преодолевая последний пролёт.

Марк нагнулся к Лизе и прошептал в ухо:

– Я знаю хозяина. С ним лучше не связываться.

Он широко улыбнулся кому-то впереди и прибавил шагу. Лиза же замерла: тёплый шёпот, коснувшийся уха, скользнул по коже и защекотал внизу живота. Новое ощущение пугало и казалось неправильным. Она опустила голову, скрывая смущение.

Обогнув малолеток, Марк подошёл к двери и жестом пригласил Лизу войти. В квартире было не протолкнуться. Повсюду стоял шум из музыки, голосов, смеха и звона бутылок. В углу возле входа тискались пара девчонок. Уверенным шагом к ним подошёл парень, расцепил их объятия, и в следующую секунду они целовались втроём. Марк довольно ухмыльнулся и пошёл сквозь толпу, потянув за собой Лизу.

Длинный коридор упирался в открытые двери туалета, где одновременно находилось сразу несколько человек. Внимание Лизы привлекла девушка, сидевшая на полу спиной к унитазу. Торчащие из-под короткой джинсовой юбки длинные ноги раздвинулись и открывали публике кружевное бельё. Растрепанные черные волосы прилипли к влажной щеке. Не открывая глаз, она бурчала под нос что-то нечленораздельное и не обращала внимания на то, что сзади кто-то из парней не совсем точно ссал в унитаз.

Марк повернул направо, открыл дверь, и они оказались в огромной кухне с широким окном.

– Я на минутку отойду поздороваться с другом, – безапелляционно заявил Марк. Лиза испуганно округлила глаза. Марку это польстило. – Не бойся. Я быстро. Заодно принесу выпить.

Лиза выдавила улыбку в знак согласия. Оставшись одна, она сцепила руки на груди и предусмотрительно отступила к ближайшему углу. Вместе с ней на кухне стояло ещё несколько человек, разбившихся на группы. Большая часть просто общалась, кто-то пытался танцевать, хотя музыка едва доносилась из-за двери. Рядом с Лизой встала шумная парочка: парень с девушкой некоторое время очень эмоционально и не стесняясь в выражениях ругались, а затем с той же страстью принялись целоваться. В противоположном углу кто-то блевал. Лиза беспокойно обвела взглядом толпу. Увидев знакомую макушку, она облегчённо выдохнула.

– Держи, – Марк протянул ей бутылку пива.

Лиза жадно отпила из бутылки. Рот наполнился горечью чёрного хлеба и вкусом давно прокисшего сока. Желудок подал недвусмысленный знак. Борясь с желанием выплюнуть пойло, Лиза зажала нос и проглотила. Оставшееся пиво она аккуратно поставила на столешницу возле себя, сделав вид, что допьёт позже. К счастью, Марк не заметил её гастрономических терзаний. Он стоял и смотрел куда-то вдаль. Атлетичная фигура возвышалась над макушкой Лизы почти на полторы головы. Тусклый свет от ближайшего к окну уличного фонаря подчёркивал черты его лица: высокий прямой лоб, аристократичный нос с небольшой горбинкой и узкий острый подбородок.

Они вместе учились в медицинском. С первых дней учёбы, в отличие от большинства одногруппников, заносчивых и высокомерных, Марк проявлял к Лизе дружелюбие и тепло: охотно вставал с ней в пару на лабораторных работах по анатомии или тратил время на разбор тестов по латинскому языку. Поначалу такое внимание парня пугало Лизу. Несмотря на то, что учёба давалась тяжело и ей не помешала бы помощь, она предпочитала избегать навязчивого сокурсника. Но через год Лиза привыкла к Марку и учёбе, как привыкают ко всему неудобному: к тесным ботинкам, острой еде и ненадёжным друзьям.

Стоя в полумраке чужой обшарпанной кухни, Лиза внимательно разглядывала Марка, будто видела в первый раз. «А он красив», – внутри от желудка к диафрагме жирным скользким червём прополз нечаянный интерес. Как если бы тот самый назойливый дальний родственник, что ещё в прошлом году дёргал за косы и боролся с прыщами, за лето превратился в привлекательного юношу.

От собственных мыслей Лизу бросило в жар. Желая отвлечься, она перевела взгляд на окружавшую их пьяную толпу, но всё равно украдкой посматривала то на скулу, то на остро выступающий кадык, то на чёрную шевелюру Марка.

Парочка, что страстно ругалась и мирилась рядом с Лизой, снова заголосила. На этот раз они обвиняли друг друга в измене: то ли в гипотетической, то ли в свершившейся. Поначалу Марк просто бросал на них недовольные взгляды, но, когда те в конец разбушевались и перешли на рукоприкладство, он повернулся к Лизе и предложил поболтать наедине. Она без тени сомнения согласилась.

Поиски места уединения прошли быстро: по соседству с кухней располагалась небольшая ярко освещённая комната с причудливыми голубыми обоями.

– Судя по всему, это детская, – сказала Лиза. Она скромно прижалась к стене возле входа и осматривала интерьер. Марк безразлично пожал плечами, пошатываясь прошёл к низкой кровати, стоявшей в углу, и плюхнулся на неё.

– Кто здесь живёт? – спросила Лиза, глядя, как Марк ставит седьмую или восьмую выпитую бутылку пива на тумбу возле кровати. Его глубокие синие глаза покрылись хмельной дымкой.

– Мой друг и его семья. У них очень большая семья.

– Я так и подумала. Квартира огромная. Я насчитала семь комнат.