Улыбка быстро слетела с ее лица:

– Может, попробуем без него? Не уверена, что он произведет на господина Дадли хорошее впечатление.

Юля считает нашего друга Григория слишком негативным и, надо признать, она абсолютно права. Для меня, однако, это является безусловным достоинством, а никак не недостатком. Григорий принадлежит к той замечательной и крайне полезной группе людей, которые не умеют радоваться мелочам, во всем видят только плохое и при первой возможности указывают окружающим на разного рода недочеты. Особое раздражение вызывает то, что, как правило, эти наблюдения делаются, когда ему следовало бы заниматься своими делами, а не совать нос, куда не звали.

Зная Григория со школы, могу поручиться, что прекрасное он видит не хуже остальных. Однако в интересах прогресса отказывается болтать о вещах, с которыми все в порядке, пока остаются моменты, требующие оптимизации. Критикой не ограничивается: не думайте, что, указав на ошибку, он тут же попрощается и убежит на поиски следующей жертвы маниакального перфекционизма. Напротив, Григорий вникнет в проблему, предложит на выбор несколько решений и отметит то, которое считает наиболее подходящим. Напоследок даст несколько советов о том, как избежать подобных неприятностей в будущем. К сожалению, критику взрослое население России на дух не переносит, и до конструктивной стадии дело доходит нечасто. Репутация Григория от этого незаслуженно страдает.

По профессии он программист. Зная его коллег, должен сказать, что практически все они демонстрируют похожие симптомы. Наверное, критическое отношение к миру каким-то таинственным образом связано со способностью писать код. Если эта болезнь действительно профессиональная, становится очевидным ответ на вопрос, как Григория вообще терпят на работе, которым задавались многие его знакомые вне офиса.

Я пообещал Юле, что буду держать уровень негатива под контролем, и позвонил своему другу с просьбой присоединиться к нам как можно скорее.

Уже через час мы сидели втроем, уминая бутерброды с бужениной и плавленый сыр, который, если честно, давно стоило бы выкинуть. Не знаю, как вы, а я рассматриваю любой приход гостей, как возможность избавиться от залежавшихся в холодильнике продуктов. Оказавшись в ситуации «ешь, что дают, или оставайся голодным», большинство из них оценивают риск как минимальный и спасают пищу, которая вполне может быть съедобной.

Ознакомившись с нашим предложением, Григорий проглотил последний кусок сыра.

– С ума сошли? Что собираетесь с иностранцем две недели делать?

– Осматривать достопримечательности! – бодро ответила Юля. – А что такого?

Григорий попросил уточнить, какие достопримечательности она имеет в виду.

– Ну как… Кремль, Красную площадь… что-нибудь еще.

– С Кремлем понятно. Какие мысли про «что-нибудь еще»?

Юля призналась, что мыслей пока нет, но это не должно быть проблемой: миллионы туристов приезжают в Москву каждый год, и, наверное, что-то они тут смотрят.

Как оказалось, Григорий владел предметом не хуже опытного экскурсовода:

– Расписание такое: после завтрака Красная площадь и музеи Кремля, потом – обед в кафе «Пушкинъ», днем бродят по Арбату в поисках матрешек, вечером садятся на поезд и уезжают в Санкт-Петербург.

Юля вытаращила глаза:

– Думаешь, так делают все?

– Все семейные, – уточнил Григорий. – Неженатые после ужина идут в ночной клуб, а в Питер улетают следующим утром.

Мне показалось, что он преувеличивает:

– Наверняка есть туры на три дня или неделю.

– Три дня, думаю, еще можно заполнить, – нехотя признал он, – если подольше в пробках стоять. А вот если бы мне продали тур на неделю, я – скажу вам честно – подал бы в суд и разорил этих агентов к чертовой матери! Я напомнил Григорию, что он без особых проблем проживает в Москве уже тридцать лет.

– Я же не ищу тут достопримечательности, – хмыкнул он. После небольшой паузы смягчился и перевел разговор в конструктивное русло: – Ладно, давайте думать, чем занять вашего господина Дадли.

В течение следующих двух часов мы перебрали все возможные места, которые могут заинтересовать иностранца в Москве. Посетили десяток туристических сайтов, статьи для которых явно писал один и тот же плохо оплачиваемый копирайтер. Просмотрели набор открыток с видами Москвы в разные времена года, а также склеенную скотчем карту города, купленную моим отцом в какой-то момент между приходом к власти Брежнева и началом перестройки.

Результатом исследования стал вывод, что, помимо Кремля, достопримечательности в Москве все-таки есть. Разделить их можно было на три группы: те, о которых мы никогда не слышали; те, о которых слышали, но никогда не видели; и те, которые посетили в рамках школьной экскурсии. Единственным исключением был Парк Горького, где всего лишь неделю назад мы съели по две порции отличной шаурмы на каждого.