Шрифт:
Мост
«Утренней птицей парит за окном…»
Самородный поэт
Гагаринская сирень
Купель
Свод Небесный
просветительские поэмы
Венец
1
2
3
4
Мимо пристаней – сквозь городаВолга вдаль уносила года.Не по воле того, кто сильней,А по слезной дорожке своей.Глубину ненаписанных строкШтопал лунной иглой катерок.Он сшивал черноту с синевой,Гладь газона с ершистой травой,Поселковые сны лебедыС часовым механизмом беды.Мы летим по пролёту моста,Ещё чистом пространстве листа.Без помарок, в сиянье огней,В многоточье слепых фонарей.Но чему объяснения нет –Мостовой шевельнулся хребет.Прокатилась асфальта волна,И прогнулась стальная спина.Мир по Божьему замыслу прост,В нем для каждого выстроен мост.И придет за тобой в нужный срокНа дощатый причал катерок.Опирались бы сваи мостаНа Россию и веру в Христа!
Утренней птицей парит за окномЗапах варенья вишнёвого,Знать не желается ни о какомГрозном предвестнике нового.Пусть бы текла эта мудрая жизнь,Тучками не затенённая,Тягою к странствиям не накажись,Сердце моё удивлённое.Станет по камешкам мелким бежатьРечь моя, реченька тихая,Что бы тебе на дорожку сказать,Память моя невеликая?!Не отпускать ничего от себя,Тикать сверчком бы за печкою,Время поманит, земное любя,Непредсказуемой вечностью…
Так Богу и времени было угодно,Что близко к поверхности русской землиПоэзии нашей, всегда самородной,Намыты веками, пласты залегли.Пусть мало известны их месторожденья,И славы, и блеска особого нет,Но слово находит своё выраженьеВ явленье твоём, самородный поэт!
Гудели празднично куранты,Слепил космический апрель,А дома, у родной верандыГагарин посадил сирень.Её окошко освещалоВечерним тающим теплом,И чай хозяйка разливала,И сын смеялся за столом.Сирень под майским ливнем моклаИ высоко пускала ветвь,Как будто силилась сквозь стёклаЕго улыбку разглядеть.Страна ликует по старинке,В ней взведены всегда курки,А на Гагаринском ботинкеУже развязаны шнурки.Словно посланец силы грозной,Он по ковру хотел пройти –За млечностью сирени роснойПроселком Млечного Пути.Впитав Гагаринскую скромность,Сирень весной светилась вся,Великорусскую укромностьСквозь буреломность пронеся.Вселенная готова сжатьсяИ расширяться без концаОт солнечных околиц ГжатскаВ пределах Божьего венца.
В молитвах твоих растворились века!О Русь! Ты, как прежде, купель языка!В тебя окунаем младенческий крик,К твоей неразумности – разум привык.Бредешь, спотыкаясь о прожитый день,О наледи слез, о пеньки деревень.Подрублено слово – и всем невдомек,Откуда из корня явился росток.И вот ручеёк к нему тайно бежит,И вот оно бревнышком в храме лежит,И вот уже рвется душой в облака…О Русь, ты, как прежде, купель языка!
Источатся горестные льдинки,Ветошью износится туман,Белой птицей на Большой ОрдынкеМонастырский высветится стан.Живо в нём дыхание рассвета,В почках – шевеление листа,Обойдёт свой храм Елизавета,Преподобномученицей став.Ей, Святой в служении суровом,Испросив нетленную судьбу,Не до сна в жасминово-медовом,Грешной Русью пахнущем гробу.Испытавшей крестные страданья,До кровавой капельки видныУгольные шахты мирозданья,Чёрное безумие войны.Милость Божья Дом наш не покинет!И на самом гибельном краюВымолит Великая княгиняБедолагу – Родину мою!..
Мы не потеряли интересаВслушиваться в сказки до сих пор:Выросла дармштадская принцессаВ замке среди братьев и сестёр.Белых роз колючие шпалеры,В цепком плюще девичье окно.Внучкою английской королевыБыло ей родиться суждено.Сад цветущий под вуалью белой.Матери угасшие черты…Полюбила маленькая ЭллаБелый цвет семейной чистоты.Только здесь с завидным постоянством,Веря в мощь немецкую и твердь,Сохранялась древнего славянстваВсе невзгоды выдержавшая ветвь.Детские забавы и проказы,Родственных дворов хитросплетень,Будущий посватался к ней кайзерС судьбоносным именем Вильгельм.Но глаза невинные всё строжеОт добра отсеивали зло,Дальний-дальний родственник СерёжаЕй пришёлся по сердцу давно.…На кольцо, надетое на палец,Тихий взор не опуская ниц,Засмотрелась маленькая Алекс,Младшая в гнезде императриц.
Был он сын убитого монарха,Был он брат могучего царя,Князь Великий Сергий жил без страха,Господа за всё благодаря.Полыхнула царственная свадьбаВ жаркой церкви Зимнего дворца.Никому на свете не познать быТолько им готового венца.Как невеста трепетно молилась,Не помыслив будущего врозь,Виноградно-солнечно лепиласьНалитой семейственности гроздь.И страны стреноженная силаЕй являла даль свою и ширь,Когда рядом с домом приютилаСпасо-Сторожевский монастырь.Под его спасительные сениШёл когда-то, за руку держась,Матерью напутствуемый Сергий,Благоверность выстрадавший князь.Новобрачным рано на рассветеВся земля лучилась неспроста,Пушкинскими стёжками отметивДивные окрестные места.А зимой под снегом первозданнымИсчезали тропы в никуда,И сияла ночью неустанноВ небе боготечная звезда.Не с плеча ли Господа досталась –Эту щедрость мерить не берусь –Под медвежьей шубой распласталась,Греясь, монархическая Русь!!!
Звёзды зависают низко-низко,Запах трав не в силах превозмочь,Залегла в имении ИльинскомТёмная усадебная ночь.Парк в медовом месяце утонет,Белою сиренью истомит,Чайный стол на утреннем балконеПод крахмальной скатертью стоит.Тихий рай открылся после свадьбыДля великокняжеской четы.Что такое русская усадьба?Всё, что нам осталось от мечты.Марево разросшейся сирени,Лавка, стерегущая обрыв,И письмо на девичьих коленях,Где немецкий слышится мотив.Летний вечер лентою пунцовойСквозь лесной просвечивался кряж,К станции уездной ОдинцовоПодавался конный экипаж.Рожь склонялась в медленном поклоне,Отдаленный слыша благовест…Далеко уносите вы, кони,Небесами избранных невест?!Не расслышать вечного ответа:День за днём столетие подрядШьёт сестре своей ЕлизаветаВенценосный свадебный наряд.