В этом отношении современная психология и в особенности психоанализ не представляют собой исключения. Фрейд и его последователи осуществили великолепный анализ невротического характера. Их клиническое описание непродуктивного характера (в терминологии Фрейда – прегенитального) является исчерпывающим и точным – совершенно независимо от того, что теоретические концепции, использованные ими, нуждаются в пересмотре. Однако характер нормальной, зрелой, здоровой личности едва ли удостоился рассмотрения. Такой характер, названный Фрейдом генитальным, оставался довольно смутным и абстрактным понятием. Он определялся Фрейдом как характер человека, у которого оральное и анальное либидо утратило доминирующую позицию и функции в силу преобладания генитальной сексуальности, целью которой является сексуальный союз с представителем противоположного пола. Описание генитального характера недалеко выходит за пределы утверждения, что это структура характера индивида, способного успешно выполнять сексуальные и социальные функции.

При обсуждении продуктивного характера я выхожу за пределы критического анализа и исследую природу полностью сформировавшегося характера, являющегося целью развития человека и одновременно идеалом гуманистической этики. Подойти к предварительному рассмотрению концепции продуктивной ориентации поможет констатация ее связи с генитальным характером по Фрейду. Действительно, если использовать термин Фрейда не в буквальном смысле в контексте его теории либидо, а символически, окажется, что он совершенно точно описывает значение продуктивности: стадия сексуальной зрелости – это стадия, когда человек способен к естественному воспроизводству, когда благодаря слиянию спермы с яйцеклеткой создается новая жизнь. Хотя такой тип воспроизводства является общим для человека и животных, способность к материальному производству есть специфическая способность человека. Человек не только мыслящее общественное животное. Его также можно определить как животное производящее, способное преобразовывать найденные предметы благодаря разуму и воображению. Он не только может, но и должен производить, чтобы жить. Материальное производство, впрочем, всего лишь самый частый признак продуктивности как аспекта характера. «Продуктивная ориентация» [46] личности относится к фундаментальной установке, типу принадлежности во всех областях человеческого опыта. Она охватывает психические, эмоциональные и сенсорные реакции на других, на себя, на предметы. Продуктивность – это способность человека использовать свои силы и реализовать врожденный потенциал. Говоря, что человек должен использовать свои силы, мы подразумеваем, что он должен быть свободен и не зависеть ни от кого, кто его силы контролировал бы. Более того, мы подразумеваем, что он направляется разумом, поскольку использовать свои силы человек может, только если знает, что они такое, как и для чего ими пользоваться. Продуктивность означает, что человек ощущает себя воплощением своих сил и действующим лицом, что он чувствует свое единство со своими силами и что в то же время его силы не скрыты и не отчуждены от него.

Чтобы избежать возможного неправильного толкования термина «продуктивность», уместно кратко рассмотреть то, что под продуктивностью не подразумевается.

Как правило, слово «продуктивность» ассоциируется с творчеством, особенно художественным творчеством. Действительно, настоящий артист являет собой наиболее выразительный пример продуктивности. Однако не все художники продуктивны; живописец-ремесленник, например, может проявить всего лишь техническое умение в достижении фотографического сходства с изображаемым предметом. Однако человек может видеть, чувствовать и думать продуктивно, не обладая даром создавать нечто видимое или передаваемое другим. Продуктивность – это установка, к которой способен каждый человек, если он не искалечен психически и эмоционально.

Термин «продуктивный» можно также путать с термином «активный», а продуктивность с активностью. Хотя эти понятия могут быть синонимами (например, в аристотелевской концепции деятельности), в современном употреблении активность часто обозначает прямую противоположность продуктивности. Активность обычно определяется как поведение, приводящее к изменению существующей ситуации благодаря затрате энергии; напротив, человек описывается как пассивный, если он не способен изменить или открыто повлиять на существующую ситуацию или находится под влиянием или воздействием внешних сил. Этот современный взгляд на активность принимает во внимание только фактическое расходование энергии и вызванные им изменения. Он не делает различия между управляющими активностью скрытыми психическими факторами.

Примером, хотя и крайним, непродуктивной активности служит деятельность человека, находящегося под гипнозом. Глаза человека в глубоком гипнотическом трансе могут быть широко открыты, он может ходить, говорить, совершать поступки; он «действует». К нему можно было бы применить общее определение активности, поскольку энергия затрачивается и изменения производятся. Однако если рассмотреть конкретный характер и качество этой активности, обнаруживается, что не загипнотизированный является действующим лицом, а гипнотизер, который благодаря внушению действует через него. Хотя гипнотический транс является искусственным состоянием, это крайний, но показательный пример ситуации, в которой человек может быть активным, но при этом на самом деле не действующим лицом: его активность есть результат действия принудительной силы, которую он не контролирует.

Обычным видом непродуктивной активности является реакция на тревогу, острую или хроническую, осознанную или бессознательную, которая в современном мире часто лежит в основе отчаянной озабоченности. Отличается от мотивированной тревогой активности, хотя и часто смешивается с ней, деятельность, основанная на подчинении или зависимости от власти. Авторитет может вызывать страх, восхищение или «любовь» – обычно смесь всех трех чувств, – но причина активности как по форме, так и по содержанию лежит в его приказании. Человек проявляет активность, потому что этого хочет авторитет, и делает то, чего от него хотят. Такой тип активности присущ авторитарному характеру. Для него быть активным – значит, действовать во имя чего-то более высокого, чем его собственная личность. Он может действовать во имя Бога, во имя прошлого, во имя долга, но не во имя себя. Авторитарный характер получает импульс к действию от высшей силы, непобедимой и неизменной, и вследствие этого не способен прислушиваться к спонтанным импульсам, возникающим внутри его самого [47] .

Активность вследствие подчинения сходна с работой автомата. Здесь мы найдем зависимость не от явной власти, а скорее от анонимного авторитета, представленного общественным мнением, культурными паттернами, здравым смыслом или «наукой». Индивид чувствует или делает то, что ему полагается чувствовать или делать; в его активности отсутствует спонтанность в том смысле, что она определяется не его собственными психическими или эмоциональными переживаниями, а внешним источником.

Среди самых мощных источников активности следует назвать иррациональные влечения. Человек, которым движут скаредность, мазохизм, зависть, ревность и все другие формы алчности, вынужден действовать, однако его поступки не являются ни свободными, ни рациональными, они противоречат разуму и его интересам как человеческого существа. Действия одержимого этими влечениями индивида повторяются, становятся все более негибкими и стереотипными. Человек активен, но не продуктивен.

Хотя источник этих действий иррационален и действующие люди не свободны и не разумны, могут иметь место важные практические результаты, часто ведущие к материальному успеху. Рассматривая концепцию продуктивности, мы интересуемся не деятельностью, неизбежно имеющей практические последствия, а установкой, реакцией и ориентацией в отношении мира и себя в процессе жизни. Мы рассматриваем характер человека, а не его успех [48] .

Продуктивность – это реализация человеком свойственного ему потенциала, использование своих сил. Однако что такое «сила»? Забавно то, что это слово означает два противоречивых понятия: силу-господство и силу-способность. Это противоречие особого сорта. Сила-господство проистекает из паралича силы-способности. Первая есть извращение второй. Способность человека продуктивно использовать свои силы – это его потенция, неспособность – импотенция. Силой разума человек может проникать в глубь феноменов и постигать их суть. Силой своей любви человек может пробиться сквозь стену, отделяющую одного человека от другого. Благодаря силе воображения он может представить себе еще не существующие вещи, он может планировать и тем самым начинать творить. Когда потенция отсутствует, связь человека с миром извращается и делается желанием доминировать, проявлять власть над другими, как если бы они были вещами. Властвование связано со смертью, потенция – с жизнью. Доминирование порождается импотенцией и, в свою очередь, усиливает ее, потому что если индивид может принудить кого-то другого служить ему, его собственная потребность в продуктивности все более парализуется.