– Ничего! Просто я пересчитала полосы, отраженные на потолке!
– Потом неожиданно добавила: - Сегодня у меня день рождения!

– Поздравляю!
– сказал Асен без особого энтузиазма.
– Поэтому вы идете в ЦУМ?

Евгений покраснел.

– Хочу сделать ей подарок. В магазине есть серьги под брильянты, из чешского стекла. Ей пойдут.

"Как не пойдут! Будут блестеть между этими черными локонами, отсвечивать искрами во все стороны!.."

– Конечно, пойдут!
– согласился Асен и тут же подумал: "Только серег не хватало этому мышиному личику! Хм! Мышка с серьгами. Где он ее нашел?.. А если разбить колбу? Не представляю, как еще можно извлечь этот пласт? Лежит на дне, будто приклеенный..."

Обмотав руку платком, он взял колбу за горлышко и слегка ударил о кафельные плитки камина. Но колба осталась целой. Он ударил сильнее. Стекло сразу же разбилось. Осколки засыпали весь камин. Вместе с ними разлетелись в разные стороны и блестящие кусочки расколовшегося пласта. Они излучали какое-то необыкновенное сияние. Их сложили в плоский стеклянный сосуд - так они выглядели красивее.

Парень разглядывал их с пристальным вниманием, и Асен понял, что на этот раз не миновать вопросов. Поэтому он быстро пересек лабораторию и вошел в свой кабинет. Ему нужно было подумать наедине. Когда он вернулся, глаза его сияли сильнее, чем осколки в блюде. Он взял один из них и царапнул по стеклу камина. На месте, где прошло острое ребро кристалла, осталась черта. Евгений с любопытством следил за ним.

– Что это?
– спросил он.

Ученый медлил с ответом. Ему было неприятно, что девушка именно сейчас нашла время играть с аптекарскими весами. Он отвернулся, чтобы не видеть ее, и просто сказал:

– Целый год мы исторгаем атомы водорода и хлора из молекул некоторых органических соединений с помощью растворенного в аммиаке металла. Сегодня добавили в колбу метиленхлорид. Вот, - он подошел к черной доске и начал рисовать мелом, - так выглядит молекула метиленхлорида!

– Хлорида... Флорида...
– машинально рифмовала девушка. Она хотела понять, почему одна чаша весов перевешивает другую.

– Металл и на этот раз сделал доброе дело, он исторг все атомы водорода и хлора. В колбе остались свободные углеродные атомы в возбужденном состоянии. Помнишь красное свечение? После этого смесь обесцветилась. Это случилось потому, что атомы построили кристаллическую решетку! Кристалл из чистого углерода!

Подбородок у парня задрожал.

– Что вы хотите сказать?
– спросил он, сам не узнавая своего голоса.

– То, что сказал! Углеродные атомы связались один с другим. При наших условиях это могло произойти, лишь если сохранились углы, существовавшие между отдельными атомами в первоначальной молекуле метиленхлорида!

– Но тогда... тогда... это... алмаз!

Нервы парня не были подготовлены к такому результату. Как так - алмаз? Почему алмаз?.. Как это можно? Размешать немного метпленхлорида, и - хоп!
– пожалуйте, алмаз каких угодно размеров?..

В порыве бурной радости он бросился к девушке.

– Ты поняла? Поняла?
– он сильно тряс ее за плечи.

Синяя шапочка упала на пол.

Девушка тревожно заморгала.

– Не получается! Одна чаша весов все время выше другой.

Евгений обнял ее.

– Ты знаешь, какой сегодня день?

– Как не знать!
– девушка смущенно освободилась из его объятий.
– Сегодня мой день рождения. И по этому случаю, если ты сказал правду, я получу от тебя чешские серьги!

– К черту чешские серьги!
– он размахивал руками у нее перед лицом.
– Я сделаю тебе другие, с настоящими алмазами!

– Где ты их возьмешь?
– с подозрением спросила она. Потом, увидев его руку, протянутую к сосуду, испуганно сказала:

– Не хочу из них! Чешские лучше! Едем. Ведь вы кончили опыт? Уже восемь часов!..

Впервые Евгений услышал, как Асен громко смеется.