Шрифт:
— Ну… не только.
Я почувствовала подвох. — Света.
— Ладно, ладно! Она вздохнула. — Я вообще-то организатор одного мероприятия. Но это не важно!
— Какого мероприятия?
— Ника… Она потянулась за бокалом, избегая моего взгляда. — Давай не будем портить вечер.
Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Это
о них
, да?
Света не ответила. Но её молчание было красноречивее любых слов.
Я резко встала, подошла к окну. За стеклом мерцали огни Рейкьявика — холодные, далекие. Как моя прежняя жизнь.
— Они женятся?
— Помолвка.
Я зажмурилась.
Вадим. Оля. Теперь официально.
— И ты собиралась мне
это
сказать, уговаривая записать песни?
Света подошла ко мне, положила руку на плечо.
— Нет. Я хотела, чтобы ты записала их… и вернулась.
Я рассмеялась. — Зачем? Чтобы плюнуть им в лицо?
— Чтобы показать, что ты жива. Что они не сломали тебя.
Я долго смотрела в ночь. Потом обернулась.
— Ладно. Завтра едем в студию.
Света улыбнулась. Но я знала — это только начало.
А где-то там, в Москве, готовилась помолвка.
И я уже писала для них новую песню.
Глава 2.
Студия звукозаписи, Рейкьявик
Я стояла перед микрофоном, стиснув кулаки. В наушниках играла инструментальная дорожка, а звукорежиссер Тор, бородатый исландец с невозмутимым лицом, жестом показывал:
«Сейчас запись»
.
— Я не могу, — прошептала я, отстраняясь.
— Ты можешь, — Света схватила меня за плечи, её глаза горели. — Это твои слова, твоя боль. Выпусти её.
Я закрыла глаза. Вспомнила его руки на её коже. Её смех, когда они не знали, что я стою в дверях.
И запела.
Голос сначала дрожал, но к середине куплета превратился в хриплый рык. Я не пела — я выплевывала каждый звук, как нож.
— ДА! — Света вскочила с дивана, чуть не опрокинув стакан с кофе. — Это же… БЛЕ-Е-Е-СТЯЩЕ!
Тор, обычно невозмутимый, ухмыльнулся и дал знак музыкантам. — Ещё раз, с чувством.
Мы провели в студии шесть часов. Шлифовали аранжировки, перезаписывали вокал, пока я не чувствовала себя выжатой, как лимон. Но когда финальная версия
«За бывшего»
полилась из мониторов, даже я замолчала.
Это было… мощно.
— Ты родила хит, дура, — Света обняла меня, прыгая на месте. — Это же чистый динамит!
Я хотела возразить, но в глазах у неё уже горел тот самый огонь — предвестник безумных идей.
После студии мы завалились в бутики, смеясь над уродливыми свитерами с оленями, потом набили сумки ненужными, но красивыми вещами. В кафе у гавани Света трещала о своих приключениях в организации свадеб, а я слушала, улыбаясь, и ни разу не спросила о
них
.
Как будто их не существовало.
Как будто я не знала, что через неделю Вадим встанет на одно колено и подарит Оле кольцо, которое когда-то выбирал
для меня
.
Вечер. Камин. Шампанское.
— Сегодня твой праздник, но главная – я … — Света вдруг затянула мою песню, размахивая бокалом.
— Ты пьяна, — фыркнула я, но она не остановилась.
— Я тот, кого боишься вспомнить…
Она крутанулась, делая паузу в тексте, и вдруг замерла. Глаза расширились.
— О боже.
— Что?