Шрифт:
А пока солнце взбиралось всё выше, дневной свет становился всё ярче, и ночных зверей охватил страх. Игра по-прежнему шла вничью: никто не мог взять верх. Но солнце поднималось и поднималось, так что ночным животным пришлось разбегаться. Медведь, например, так спешил, что попал правой лапой в левый мокасин, а левой лапой – в правый.
К этому времени солнце уже совсем поднялось, и все ночные звери попрятались. Медведь кинулся за ними – скоро, как только мог, в мокасинах, надетых не на ту ногу. Он бежал с большим трудом, переваливался с ноги на ногу.
– Подождите меня! Подождите! – кричит.
Звери не стали его ждать. С тех пор медведь так и ходит – шлёп, шлёп, с боку на бок переваливается.
Никто из зверей не одержал верх в той давней игре. Поэтому день и ночь чередуются, и каждый зверь охотится тогда, когда ему удобно: хочет – днём, хочет – ночью.
Вот так-то!
Оджибве
Как селезень одолел северный ветер
Жил да был на свете селезень. Звали его Шингебисс. Жил он один-одинёшенек в маленькой хатке у глубокого-глубокого озера. Зимой все птицы спешат на юг, а вот Шингебисс даже в лютые холода оставался дома. Вода превращалась в лёд, а у селезня в хатке всегда было тепло: четыре волшебных полена всё время пылали у него в очаге. А зимняя стужа стояла ровно четыре месяца. Поленьев как раз хватало – по одному на месяц. А там уже и весна!
К тому же Шингебисс был стойким и храбрым воином. Никого он не боялся. Даже в самую студёную пору он охотился, ныряя в прорубь за рыбой. Вот потому-то, пока другим было голодно, он всегда мог раздобыть еды. Каждый день Шингебисс шёл домой, волоча за собой большущие связки рыбин – свой богатый улов.
3
Оджибве – одно из крупнейших племён алгонкинской языковой семьи, проживавшее в регионе Великих Озёр на Востоке США, и промышлявшее охотой и рыболовством. Иногда ещё именуется чиппева.
Проведал об этом Северный Ветер, Кабебоникка. Сильно разозлился он, завидев такую дерзость. Нипочём были Шингебиссу порывы ледяного ветра Кабебоникки.
«Что за чудо! – сказал себе Северный Ветер. – Совсем не боится меня этот селезень! Доволен и весел, словно в разгар лета! Сейчас я ему задам!»
И Кабебоникка задул в десять раз сильнее, завьюжил так, что даже носа нельзя было высунуть наружу! Да только очаг Шингебисса пылал по-прежнему. А сам селезень расхаживал лишь в одном тоненьком пояске и, несмотря на стужу, знай себе рыскал по берегу да носил домой добычу.
«Пойду-ка сам к нему в гости», – решил Кабебоникка. И в ту же ночь Северный Ветер подобрался к самому входу в хатку селезня. А Шингебисс как раз жарил рыбу и во весь голос распевал песни.
Подкрался Северный Ветер поближе и стал слушать. А селезень знай себе напевает. А пел он так:
Ветер злой, тебе я рад. Ты роднее мне, чем брат. Сколько холодом ни вей, Шингебисс тебя сильней! Самый страшный вихрь гони — Шингебисс тебе сродни. Бодр и весел, как ни злись, — Кто вольней, чем Шингебисс?Знал Шингебисс, что Кабебоникка стоит под дверью, чуял его студёное дыхание, но спокойно всё пел и пел. Тогда Кабебоникк вошёл в хатку и уселся совсем рядом с селезнем. А Шингебисс даже глаз не поднял, будто никого тут и не было! Только встал да и подкин полено в огонь. Пламя вспыхнуло ещё ярче…
По щекам Кабебоникки заструились слёзы. Вот они уже теку сильнее и сильнее… Вот скоро побегут ручьём! Тут Северный Ветер сказал сам себе: «Сил моих больше нет терпеть это! Пора наружу!» И бросился вон из хатки.
Разозлился Кабебоникка и решил запечатать все проруби, наморозить льда потолще, чтоб Шингебиссу негде было добывать себе еду. Только всё напрасно! Селезень, как и прежде, усердно таскал из-подо льда камыш да нырял за рыбой.
И наконец Кабебоникка сдался. «Селезню, наверное, помогает какой-нибудь волшебник, – подумал Северный Ветер. – Никак не могу я с ним справиться. Оставлю-ка лучше его в покое!»
С тех пор они так и живут вместе и больше не ссорятся – Шингебисс и Северный Ветер. Да и как иначе, ведь Шингебисс и правда ему сродни – на Севере он у себя дома!
Зуни
Ахайюта и пожиратель туч
Было это на самой заре времён.
В том краю, где живут индейцы пуэбло [5] , обитало на вершине горы страшное чудовище – Пожиратель Туч. Было оно огромное, как гора, жадное и ненасытное, а пищей ему служили тучи.
Порой Пожиратель Туч бывал особенно прожорлив, и тогда вся земля мучилась от жажды. Гибли посевы кукурузы, страдали звери. Только люди, которые научились сохранять про запас немного еды, умели переждать засуху, но и им, конечно, приходилось нелегко.
4
Зуни – одно из древнейших земледельческих племён группы пуэбло, проживающее на Юго-Западе США.
5
Индейцы пуэбло. – «Пуэбло» – по-испански значит «селение». Название относится к группе земледельческих оседлых племён, живущих в пустынях юго-запада Северной Америки.