Шрифт:
В голосе Армена кипели слезы, и вокруг все тоже начали плакать, исключая Гамлета. Бывают такие трогательные обращения к народу, которые лучше звучат не на лестнице панельного дома, а с церковного амвона или с трибуны Съезда народных депутатов.
— Спокойно, братец, — сказал Гамлет. — А вы все, рассаживайтесь, сейчас Раиса вас чайком побалует, она у меня хозяйственная и добрая, даром что кажется хамоватой.
— Это я только кажусь! — откликнулась Раиса из кухни. — Извините меня.
— Я подумал, — сказал брат Армен, — что слишком долго засиделся на своем посту. Хватит. Пора заняться чем-то созидательным. Может быть, чеканкой по металлу? Помнишь, брат, как я в Доме пионеров трудился?
— Ты талант, Армен, — согласился Гамлет. — Но я не буду руководить бандой. Пустое дело.
— Но ведь у тебя теперь характер есть? — спросил Армен.
— Ой, у него такой характер! — закричала из кухни Раиса. — Я его железную руку во всем чувствую. Вот он меня сейчас коснулся, когда мимо проходил, и я поняла — меня тронул герой. Настоящий мужчина.
— Настоящий мужчина, — твердым голосом произнес Гамлет, — никогда не опустится до пошлости и угнетения.
— Как я тебя понимаю, брат! — ответил Армен.
— Нам пора, — сказал Лев Христофорович.
Гамлет проводил их с Удаловым до дверей и тихо спросил:
— Не вышел ваш эксперимент? А жаль.
— А почему ты так решил? — удивился Минц.
— Как вы видите, я не стал ни жестоким, ни решительным, ни бережливым.
— Мы с тобой себя не видим, — заметил Минц. — Нас видят окружающие.
Не оборачиваясь, Гамлет тихо произнес:
— Раиса, сейчас же поставь бутылку в шкаф. Ты пить не будешь…
— Ой, я же для гостей!
— Гости за рулем.
— Прости, Гамлет, — прошептала Раиса. В комнате звякнуло — бутылку поставили на место.
Гамлет обернулся к Минцу.
— Так на чем мы остановились?
— Давайте завтра вечерком посидим, обсудим перспективы научных исследований. Не возражаете?
— Принято! — согласился Гамлет. — И все же…
— Завтра поговорим, — заметил Минц, и они с Удаловым спустились на улицу.
У опустевшего вседорожника стояли охранники. Шесть душ. В полной растерянности, как цепные псы, которых хозяин снял с цепей, но ни на кого не натравил.
— Где тут Грицко? — спросил Удалов.
— Вон там, отошел, — сказал охранник.
Грицко, самый жестокий из охранников, отошел, потому что гладил бродячего щенка, который улегся на траву, белым мохнатым пузом кверху. Он повизгивал от счастья — так нежно почесывал его Грицко.
Грицко весело подмигнул проходившим мимо друзьям.
Минц шел впереди, Удалов на полшага сзади. Он все старался решить логическую задачу, но не выходило.
Поэтому он сдался и спросил Льва Христофоровича:
— Что же произошло?
— Сдаешься?
— Сдаюсь.
— Природа не терпит пустоты, — улыбнулся Минц. — В задачке о водоемах по трубе в бассейн «Б» вливается столько же воды, сколько утекло из бассейна «А». Помнишь?
— Помню.
— Когда я настраивал мозг Гамлета на мозг донора, чтобы добыть оттуда жестокости или решительности, то, получая это качество от бандита, Гамлет тут же отдавал ему избыток своей доброты или щедрости.
— Он получал решительность, а отдавал Армену сомнения. Взял у Грицко жестокость, а подарил доброту. Взамен бережливости внедрил в Раису бескорыстие. Но не целиком, не полностью… В каждом осталось что-то от прежнего.
— А ты не боялся, Христофорыч, что Гамлет станет садистом или скрягой?
— Качества еще ничего не значат. Жестокость зависит от сути человека. А по сути своей Гамлет человек хороший. Ну, впитал он в себя чужую жестокость, а в его мозгу она стала разумностью, сдержанностью…
— А другие получили от Гамлета…
— Армен впервые в жизни усомнился в том, чем он занимается, а Грицко пригрел щенка. Раиса станет неплохой подругой гению. Я надеюсь…
— Погляди! — ахнул Удалов, на минуту забывший о Гамлете и его брате. — Смотри на «Мерседес»!
Они как раз проходили мимо «мерса», принадлежавшего Ираиде Тихоновне и купленного на ее скромную зарплату. Умеет же человек экономить!
И увидели, как шустрые крысы повесили на ручку дверцы маленькую белую табличку.
На табличке был череп, скрещенные кости, портрет Ираиды, вполне узнаваемый — с паспортной фотографии, — и было написано:
«Вход воспрещен».
— Очень перспективное направление в борьбе с грызунами, — сказал Минц Удалову. — Гамлет показывал мне опытные образцы. Одного не понимаю: почему крысы сами занимаются развеской?