Убедившись, что пассажир на своём месте, Босх отъехал от обочины и спросил:

— Куда?

— В Западный Голливуд, — ответил Холлер. — В квартиру Лорны.

Босх перестроился в левый ряд, готовясь к развороту, чтобы ехать на север. Он уже не раз возил Холлера на встречи с Лорной — либо к ней домой, либо в «Хьюгоc» на той же улице, если речь шла об еде. Поскольку так называемый «Адвокат на Линкольне» работал в своей машине, а не в офисе, Лорна управляла делами из своей квартиры на Кингс-роуд. Это был фактический центр всей практики.

— Как всё прошло? — спросил Босх.

— Скажем так, мой клиент получил наказание по полной программе, — сказала Холлер.

— Очень жаль.

— Судья оказался мудаком. Не думаю, что он вообще читал отчеты ПСР.

По опыту службы в полиции Босх знал: такие отчёты редко становились на сторону правонарушителя, и потому он не понимал, почему Холлер считает, что внимательное чтение судьёй ПСР могло привести к смягчению. Он хотел было спросить, но Холлер уже потянулся к центральному экрану на панели, открыл список избранных контактов и набрал Дженнифер Аронсон, сотрудницу «Майкл Холлер и Партнеры». Система Bluetooth вывела разговор на динамики, и Босх слышал обе стороны.

— Микки?

— Где ты, Дженнифер?

— Дома. Только что вернулась из офиса городского прокурора.

— Ну как там?

— Это только первый раунд. Игра в цыплёнка. Никто не хочет первым назвать цифру.

Босх знал, что Холлер поручил Аронсон переговоры по делу Хорхе Очоа. «Майкл Холлер и Партнеры» подала иск против города и полиции Лос-Анджелеса за его неправомерное осуждение и лишение свободы. Хотя город и полиция были защищены установленными штатом потолками выплат по таким делам, некоторые признаки недобросовестного, возможно коррумпированного ведения процесса позволяли Очоа требовать дополнительных компенсаций. Город надеялся избежать этого, заключив соглашение.

— Держись курса, — сказал Холлер. — Они заплатят.

— Надеюсь, — сказала Аронсон. — Как ты в аэропорту?

— Ему вкатали по полной. Судья, похоже, даже не взглянул на данные о детской травме. Я пытался поднять эту тему, но он пресёк. Не помогло и то, что мой парень просил снисхождения, уверяя судью, что на самом деле не хотел никого обманывать. В общем, он уехал. Отсидит лет семь, если не будет дурить.

— Кто-нибудь кроме тебя пришёл его поддержать?

— Никто. Только я.

— А как же сын? Я думала, вы его подключили.

— Не явился. Ладно, к делу. Минут через тридцать сяду с Лорной, посмотрим календарь. Хочешь подключиться по телефону?

— Не выйдет. Я домой заскочила только перекусить. Обещала сестре сегодня поехать в Сильмар, к Энтони.

— Хорошо. Удачи. Дай знать, если я чем-то могу помочь.

— Спасибо. Ты сейчас с Гарри Босхом?

— Сижу рядом.

Холлер взглянул на Босха и кивнул, словно извиняясь за недавний прыжок на заднее сиденье.

— У нас громкая связь? — спросила Аронсон. — Можно с ним говорить?

— Конечно, — сказал Холлер. — Давай.

Он указал Босху на экран.

— Ты в эфире, — сказал он.

— Гарри, я знаю, ты установил себе правило не заниматься защитой напрямую, — сказала Аронсон.

Босх кивнул, но тут же вспомнил, что она этого не видит.

— Верно, — сказал он.

— Но мне бы очень помогло, если бы ты просто взглянул на дело, — сказала она. — Никаких расследований. Просто посмотри, что мне удалось получить у окружного прокурора.

Босх знал, что в Сильмаре, в долине Сан-Фернандо, расположен главный центр содержания несовершеннолетних северного округа.

— Это дело несовершеннолетнего? — спросил он.

— Да. Сына моей сестры, — ответила Аронсон. — Энтони Маркус. Ему шестнадцать, но его хотят судить как взрослого. На следующей неделе — слушание, и я в отчаянии, Гарри. Мне нужно ему помочь.

— В чём обвиняют?

— Говорят, он застрелил полицейского. Но в характере этого мальчишки нет ничего, что указывало бы, что он на такое способен.

— Где это было? Какое ведомство?

— Полиция Лос-Анджелеса. Западная долина. Это случилось в Вудленд-Хиллз.

— Он жив или мёртв? Полицейский.

— Жив. Его только ранили в ногу или что-то вроде того. Но Энтони этого не делал, и он мне сказал, что не делал. Он говорит, что должен быть другой стрелок, потому что выстрелил не он.

Босх коснулся экрана панели и нажал кнопку отключения звука.

Он посмотрел на Холлера.

— Ты серьёзно? — спросил он. — Ты хочешь, чтобы я работал на парня, который стрелял в полицейского Лос-Анджелеса? Я уже разбираю дело из Чино, где женщина застрелила копа. Ты понимаешь, чем это для меня обернётся?