Шрифт:
– Угу, – отвечаю, направившись к шкафу. Достаю оттуда свои джинсы, его кофту, а потом застываю возле кровати, заметив его нацеленный пристальный взгляд. – Можно мне переодеться?
– Переодевайся…
– Отвернись…
– Я уже видел тебя голой, Марина…
От этих слов мне становится не по себе… Я с грустью смотрю на него, и он тут же отворачивается от меня.
– Возьми с собой, что надо…
Я пролезаю в джинсы и встаю с кровати, подтягивая их. Затем снимаю верх пижамы и замираю, почувствовав его чёрные глаза на своей спине… Оборачиваюсь, встречаясь с ним взглядами снова… Обнимаю себя за плечи, потому что меня как волной окутывает.
– Анжей…
Он молчит… Рассматривая меня в темноте комнаты… Я буквально ощущаю, как от его взгляда, кожа покрывается мурашками.
И я полностью отворачиваюсь, моментально нырнув в его толстовку… Прямо на голое тело… Тёплая широкая ткань тут же облепляет кожу… И становится так хорошо…
– Что? – спрашиваю у него, достав рюкзак.
– Нравится тебе?
– Да, нравится… Она приятная очень…
Он смотрит так, словно хочет ещё что-то спросить, но больше из его уст ничего не вырывается…
– Я готова… – шепчу, достав из шкафа свои осенние прибранные в коробку кеды.
– Ок, иди за мной…
Мы подходим к окну, он залезает на подоконник, берём мой рюкзак и аккуратно скидывает его вниз.
– Я первый спрыгну, ты за мной… Я тебя поймаю, потом прикрою за нами. Не бойся только, тут не высоко…
– Ладно…
Он быстро и бесшумно перебирается на козырёк подвала, ждёт меня… Я лезу следом. А потом он спрыгивает вниз и вытягивает вверх руки… Обхватив меня за талию, его ладони скользят под мою кофту… Я чувствую их жар, когда падаю на него вниз… А потом он медленно опускает меня на землю.
– Умница… Я сейчас… – сам забирается на крышу, встаёт и тихонько прикрывает за нами окно, и вдруг откуда ни возьмись я слышу голос Антонины Фёдоровны.
– Вы кто такие?! Я сейчас полицию вызову!
Я тут же ершусь, сжавшись внизу. И не знаю куда себя деть, но и нельзя позволить ей разбудить мою маму…
– Антонина Фёдоровна, тише, это я!
Анжей подвисает, а она бегает глазами от меня до него, и обратно.
– Мариночка…? – удивленно спрашивает.
– Да… Антонина Фёдоровна, не говорите никому, ладно?
Она тут же улыбается какой-то доброй улыбкой, и отмахивается, исчезнув в окне и бросив на прощанье скупое и мудрое:
– Я ничего не видела…
Мне становится так стыдно… А потом он вновь спрыгивает ко мне.
– Всё… Готово, – отряхивает руки.
– Ты помогал ей двери открывать?
– Она чё уже спалила меня, что ли? Чё за пиздлявая бабка…
– Прекрати, блин! Она хорошая…
– М-м-м… Идём. Вон там тачка стоит… – он хватает меня за руку и ведёт по тёмной улице, а я еле поспеваю за ним…
– Ты такой грубый всегда! – вырываю свою руку уже возле машины.
– Разве всегда? Садись… – он открывает дверь и швыряет назад мой рюкзак. В машине прохладно, и как только я туда сажусь, я сразу посильнее закутываюсь в его кофту. Даже ворот подтягиваю к носу… И нюхаю, конечно же… Не переставая.
Он садится за руль… Смотрит на меня.
– Учти, что потом спрыгнуть я тебе уже не позволю… – бросает излишне нервно.
– О чём это ты?
– Обо всём… Я правду сказал. Ты моя теперь. Не получится метаться. Поняла меня?
Я хмурюсь, поймав его сердитые своими, и киваю… Хотя так и не понимаю до конца что значили его очередные угрозы… И угрозы ли это были… Ведь он почти всегда ведёт себя как дикарь. «Ты моя теперь»… Это что-то прекрасное или обещание превратить мою жизнь в Ад?
Анжей заводит двигатель, и мы едем куда-то… Я чувствую, как по мере развития скорости моё сердце тоже ускоряется… Я впервые ночью вот так сбегаю. Это тоже очень волнительно, если честно… Будоражит.
Огни города мельтешат перед глазами, потому что он очень быстро едет… Я даже дышать перестаю в некоторые мгновения. Тогда днём мне не казалось, что он лихачит…
– Ты можешь помедленнее?
– Дороги пустые… Расслабься. Я отлично контролирую ситуацию…
– Ладно…
Музыка играет, мы несёмся… И что-то внутри меня заставляет вцепиться в его локоть пальцами. Он это чувствует… И почти сразу же сбавляет обороты, замедлив скорость…
– Трусишка… – усмехается, заворачивая куда-то во двор. Я даже не заметила куда именно мы ехали. Он так быстро управлял машиной…
А сейчас мы оказываемся в каком-то очень красивом дворе, где повсюду стоят элитные высотки…