— Кто это? — спросил император Короната у

Вивьена Берлиоза.

— Не знаю, какой-то сумасшедший русский, — ответил сильнейший столп Короната.

— О каких паразитах он говорит?

— Не знаю, Ваше Величество. Говорю же, он сумасшедший.

— Ты честно выиграл этот поединок? К Коронату потом претензий не возникнет?

— Разумеется, честно. Вы же сами видели, что наши с ним атаки не превысили положенной нормы. Просто я стал сильнее за последнее время, а Харитон постарел. Я, как и обещал, убил его, при этом он умрёт после того как завершится международная арена, чтобы Российская Империя не смогла ничего предъявить. Все козыри у вас на руках, Ваше Величество.

— Ну, раз ты ни в чём не виноват, то иди, узнай, что этому сумасшедшему нужно. Потому что если сейчас за его пустой болтовней потянутся обвинения, то выпутываться из них тебе придётся самому. Я скажу, что я был не в курсе твоих проделок.

— Конечно, Ваше Величество, я сейчас всё улажу, — пообещал Вивьен, подошёл к щитам ложи и подал знак прислуге, чтобы они убрали затемнение.

Столица Российской Империи город Санкт-Петербург. Международная арена.

— Ты кто такой? — обратился ко мне Вивьен Берлиоз, как только щиты ложа его короля стали прозрачными.

— Я Максим Валерьевич Бессмертный, глава клана «Сильнейший столп империи».

— Чего ты хочешь?

— Я ничего не хочу. Это ты хочешь, чтобы я перестал говорить на крайне неудобную для тебя тему. И у меня есть решение твоей проблемы. Давай сойдёмся в поединке. Убьёшь меня, проблема решится, а если я тебя убью, то тебе уже будет всё равно кто и что скажет о твоём бое с сильнейшим столпом Российской Империи.

— Ты что, возомнил себя ровней мне? Да ты в километре от меня стоять права не имеешь, не то что скрестить со мной клинки!

— Да-да, так всем и говори, ссыкло.

— Да как ты смеешь?!

— Смею, смею, я ещё и не то смею. Ты в курсе, что пока носитель жив, этих паразитов можно изъять живыми в качестве доказательства? Но это ещё не всё. Я вылечил Харитона и вскоре к нему вернутся силы, которые ты так старательно пытался отнять. Сильнейший столп Российской Империи будет жить и станет столь же сильным, как прежде. Хотя нет, пожалуй, он станет ещё сильнее. Я об этом позабочусь.

В прошлый раз, когда он вернулся с командировки из Короната, его вылечил и выходил я. И в этот раз я не только лечу его, но и вскоре верну ему силы, а может и приумножу их. Ну так что, ссыкло стеклянное, будем мы с тобой биться или я прямо сейчас покажу, как тебе удалось победить? — я очень старался зацепить его как можно больнее, чтобы он принял мой вызов и мне это удалось.

Однако он не был бы столпом, да ещё и сильнейшим, если бы так легко поддавался на провокации. Он не хотел сражаться со мной, поскольку это действительно ударит по его репутации, но ещё больше он опасался того, что я смогу рассказать о паразитах, которых он внедрил в тело дедули. Даже если Коронату удастся опровергнуть моё заявление, то осадок останется и сильно ударит по репутации не только Вивьена, но и его короля.

Поэтому сейчас он сделает всё, чтобы отложить этот бой, а затем попытается убить меня до нашего с ним поединка.

— Ты никто, и звать тебя…

— Меня зовут Максим Валерьевич Бессмертный. Запомни это. А по поводу того кто я, я тебе уже говорил, ссыкло ты стеклянное с куриной памятью. Я глава клана «Сильнейший столп империи». И если ты откажешься, то я прямо сейчас предъявлю доказательства, — припечатал я, снова унизив Вивьена, не дав ему при этом договорить. Выбора у него не осталось, поэтому он согласился, но всё-таки сумел отложить поединок:

— Твой статус, Максим Валерьевич, слишком низок для поединка со мной. Для начала победи на международной арене, и сразу после твоей победы мы устроим смертельную дуэль.

— Договорились. Только ты не вздумай сбежать, а то тебя так и будут за глаза называть ссыкло стеклянное. И от этого прозвища ты уже не сможешь избавиться, — закончил я наш разговор, развернулся и отправился к выходу с арены, даже не попрощавшись.

— Это что сейчас было? — спросил у меня Макаров, когда я вернулся на своё место.

— Мне нужно завтра где-то разместить двадцать гвардейцев так, чтобы они в любое время могли подойти к любому зрителю, кроме монархов, — не отвечая на вопрос Ильи Александровича, сообщил я.

— Только если у них будут билеты на завтрашний финал, — ответил Константинов.

— Значит, мне нужны двадцать билетов для моих гвардейцев.

— В принципе, пока слухи о том, что ты тут вытворил не разошлись, мы ещё можем скупить эти билеты значительно дешевле, чем они будут стоить уже сегодня вечером.