Титан запрокинул голову и издал нечеловеческий, звериный рык, от которого содрогнулась вся клетка. Его мышцы буквально на глазах увеличились в объёме, натянув кожу до предела. Вены вздулись, образуя на его теле жуткую сеть, по которой бежали алые светящиеся импульсы.

Дядя Герман, убедившись, что его манипуляции подействовали, злорадно улыбнулся и сделал рубящий жест рукой, как римский Император, посылающий гладиатора на смерть. Этот жест был слишком красноречив — он явно ожидал, что Титан разорвёт меня на куски.

— Убью! — только одно слово, но в нём было столько ярости, что на мгновение я ощутил настоящий страх.

Теперь даже в боевом режиме мне было тяжело отслеживать его движения. Титан превратился в настоящую боевую машину, каждый удар которой мог разломать меня пополам.

Я уворачивался, как мог, но пространство клетки было ограничено. Один из ударов скользнул по рёбрам, и я услышал ещё один предательский хруст. Второй задел бедро, заставив меня пошатнуться. Третий я заблокировал правой рукой, но сила удара отбросила меня на несколько шагов.

«Сеня, мы не можем просто защищаться», — голос Алисы звучал обеспокоенно, — «Его тело не выдержит такой нагрузки от стимуляторов долго, но пока он активен, ты в серьёзной опасности. Сосредоточься на уязвимых точках — шея, суставы, глаза!»

Я перекатился под особенно мощным ударом и оказался за спиной Титана. Не теряя ни секунды, я нанёс рубящий удар ребром ладони по задней поверхности колена — точке, где имплант соединялся с сухожилием.

Титан зарычал, пошатнулся и рухнул на одно колено. Я продолжил атаку — серия быстрых ударов по позвоночнику, где проходили основные каналы его инъекционной системы. Каждый удар я сопровождал точным надавливанием пальцами, как если бы действительно проводил хирургическую операцию.

«Порты на затылке!» — подсказала Алиса, — «Они связаны с основной системой подачи стимуляторов!»

Я вскочил на спину Титана, обхватив его шею ногами, и начал обрабатывать эти порты быстрыми, точными ударами. Из одного брызнула красноватая жидкость. Из второго — зеленоватая. Толпа ревела, не веря своим глазам.

Дядя Герман вскочил со своего места, что-то яростно крича своим людям.

Титан пытался стряхнуть меня, как разъяренный бык, но я держался крепко, продолжая свою «операцию». Наконец один особенно точный удар по центральному порту заставил громилу застыть на месте. Его мышцы задрожали, глаза замигали, как неисправный светофор.

В этот момент прозвенел гонг, обозначающий конец второго раунда.

— НЕВЕРОЯТНО! — орал Витёк, — Мы стали свидетелями одного из самых захватывающих раундов в истории нашего клуба! Хирург не только выстоял против бешеной атаки Титана, но и провёл собственную контратаку! Давайте посмотрим на счёт… и… ВАУ! 27:26 в пользу Хирурга! Какая драма, судари и сударыни, КАКАЯ ДРАМА!

Я соскользнул со спины Титана и отступил в свой угол. Каждый шаг отдавался болью во всем теле.

«Выруби боевой режим», — сказал я Алисе, — «Нужно сохранить силы для последнего раунда».

«Сеня, ты ходячая развалина», — в её голосе звучало беспокойство, — «Три треснувших ребра, ушиб бедра, растяжение связок плеча. Я запустила экстренную регенерацию, но ты будешь чувствовать боль».

«Лишь бы выдержать последний раунд», — я тяжело дышал, — «Мы почти у цели».

В углу Титана царила паника. Человек в белом халате лихорадочно возился с инъекционной системой, пытаясь стабилизировать состояние бойца. Сам Титан стоял неподвижно, его глаза мигали, как неисправный монитор.

— Вот это шоу! — восхищенно прошептала Лиса, протягивая мне бутылку воды через сетку, — Ты его уделываешь, красавчик!

— Не радуйся раньше времени, — я приподнял маску, открыв рот, и жадно выпил полбутылки, — Это еще не конец.

— Дядя Герман в бешенстве, — кивнула Шпилька в сторону балкона, — Говорят, он поставил какую-то нереальную капусту на победу Титана.

Я взглянул на противоположный балкон. Лысый «бизнесмен» действительно выглядел так, будто проглотил ежа. Его лицо побагровело, а руки сжимали подлокотники кресла с такой силой, что костяшки побелели.

«Мы разозлили могущественного и опасного человека», — задумчиво заметила Алиса, — «Одной шпротиной в его бутерброде может стать меньше, ровные парни уважать перестанут…»

«Одна проблема за раз», — ответил я, — «Сначала нужно выиграть бой».

Гонг возвестил о начале третьего, финального раунда.

Титан вышел на середину ринга. Его движения стали более механическими, глаза светились ровным красным светом без прежних всполохов. Что-то изменилось в его облике — он стал как будто… ещё менее человечным.