– Всякого повидать пришлось, – ушел от ответа Морозов. – Рад, что ты нашел время приехать. Поверь, это важно. Весьма.

– А я уже жалею, – еле слышно признался Елисей, ловя на себе настороженный, угрюмый взгляд какого-то поручика. – Похоже, тут еще тот гадюшник.

– Даже спорить не стану, – пряча усмешку, согласился Морозов. – Но тебе в данном случае легче. Приезжаешь на подобные сборища раз в год, и довольно. А нам с Александром Савичем приходиться в этом постоянно вращаться.

– Так вы же в столице проживать изволите. Чего вам эта медвежья берлога? – удивился Елисей.

– Это пока секрет, но тебе скажу. Его величество изволили подписать приказ о создании на Кавказе казначейского отдела для надзора за чеканкой и оборотом денежных монет и ассигнаций. И начальником данного отдела назначен твой покорный слуга.

– Я что-то не понял. Это повышение или ссылка? – подумав, осторожно поинтересовался Елисей, который и вправду этого не понял.

Из своего прошлого парень помнил, что любой перевод из столицы, не важно куда, даже с повышением в должности, всегда считался опалой. Потому и решился задать подобный вопрос.

– Понимаю, но поверь, это повышение. С момента оглашения указа я получаю звание генерал-полковника. А уж про полномочия на данном посту и говорить не приходится. По сути, я теперь своему бывшему начальнику ровня. Так что готовься. Из нынешнего твоего выпуска я половину твоих ребят в свою службу заберу, – улыбнулся Морозов.

– Куда вам столько? – удивленно охнул Елисей. – Для ваших дел и пятерых за глаза хватит.

– Что, Тимофеев уже перехватить успел? – ревниво высказал предположение генерал.

– Никто не успел, – мотнул Елисей чубом. – Я раньше времени обещаний не даю. Первым делом нужно казачьи войска обеспечить, а потом уж остальных.

– А если я очень попрошу? – уточнил Морозов, разом став серьезным. – Ты пойми, Елисей, мне отдел придется с самого начала ставить, и бойцы из твоей школы мне до зарезу потребны. Сам знаешь, где живем.

– Подумаю, что сделать можно. Но сразу говорю, больше пятерых не дам. Еще Тимофееву людей надо. А в войсках с пластунами беда.

– Ну, хоть так, – вздохнул Морозов, покачав головой. – Но в следующий набор для меня сразу десяток на обучение берешь. За деньги не беспокойся. Под это дело я средства найду. Уговор?

– Уговор, – подумав, сдался парень, мысленно уже прикидывая, как нужно расширить школу, чтобы содержать разом такое количество учеников. Как ни крути, а больше пятидесяти ребят разом обучать никак не получится. Сразу начнет падать качество обучения.

Контрразведчик, мило беседовавший с комендантом и его сестрой, заметив, что эти двое ведут какой-то серьезный разговор, вежливо закруглил беседу и, присоединившись к генералу, с улыбкой поинтересовался:

– Заговор задумываем?

– Шуточки у вас, Александр Савич, – фыркнул Елисей в ответ.

– А чего тогда с такими серьезными физиономиями стоите? – не унимался полковник.

– Да вот, целый генерал у подъесаула бойцов для своей службы выпрашивает, словно нищий на паперти копеечку, – грустно усмехнулся Морозов.

– Ну, в этом вы не одиноки, – понимающе усмехнулся контрразведчик. – Ваш покорный слуга в том же положении.

– Господа, вы ставите меня в неудобное положение, – едва не взмолился Елисей. – Сказал же, постараюсь распределить ребят на всех. Но я ведь сразу предупреждал, что первым делом войска. Так что не обессудьте. К тому же в мою школу кого попало не возьмешь. Тут внимательно отбирать кандидатов надо. Вы же не хотите, чтобы потраченные на обучение деньги пшиком вышли.

– А что, и такое возможно? – удивился Морозов. – Я лично считал, что, как в народе говорят, и зайца можно выучить на барабане играть. А тут люди.

– Уж поверьте, Николай Савич, все далеко не так просто, как кажется. Мои ребята – это не просто хорошие стрелки и следопыты, – решительно мотнул Елисей головой. – Мои ученики – это, прежде всего, мастера тайных схваток и незаметного проникновения. А для этого светлая голова нужна и некая расположенность. Уж простите, толком объяснить этого не могу, – закруглился парень, чтобы не влезать в рассказы о психологической устойчивости и физических данных.

– М-да, не думал, что стать пластуном столь сложно, – задумчиво протянул Морозов.

– А почему их так мало? – ответил Елисей вопросом. – Тут совокупность разных факторов важна.

– Однако, – удивленно отреагировал полковник на услышанную фразу. – Тебя послушать, так словно с офицером Генерального штаба беседуешь.

– Стараюсь, ваше высокоблагородие, – отрапортовал парень, вставая во фрунт.

– Да ну тебя, пересмешник, – отмахнулся с улыбкой полковник.

Их беседа прервалась музыкой и громким объявлением распорядителя о прибытии генерал-губернатора. Вошедший в зал сановник был осанист, дороден, с благородной сединой в волосах и при окладистой бороде. От него за версту веяло властностью и богатством. При появлении правителя губернии офицеры вытянулись во фрунт, а дамы присели в реверансе. С вежливой улыбкой поблагодарив собравшихся за прибытие, генерал-губернатор уселся в предоставленное кресло и сделал распорядителю знак начинать.