И в том, что корабли серии «Грумант», занесло именно на древний Грумант 1557 года от Рождества Христова, было что то мистическое.

Для молодой республики Готланд много чего везли… Сборные домики производства Карельской области (так теперь называлась Финляндия), сборные элеваторы, строительную и сельхоз технику, оборудование для угледобычи и даже американскую универсальную мининефтяную станцию, для добычи и переработки нефти. Ко всему оборудованию прилагался персонал и что отдельно радовало адмирала потом, в личном составе наблюдалось гендерное равновесие. Была даже усиленная рота ОМСБОН ЧК в составе полутора сотен штыков и восьми плавающих танков т-38 с приданным моторизованным взводом ТО.

Когда после окончания шторма наконец заработало радио, нашлись все корабли и суда конвоя и снова был составлен походный пеленг. И тут как по заказу появились гости, это была шлюпка набитая учеными, с потопленного немецкой подлодкой парохода из их времени, а через час очень удачно попался поморский коч уже из этого мира.

Его экипаж в результате этого самого шторма был унесен в открытое море и из за этого же шторма лишился парусов, провизии и пресной воды и к моменту встречи с караваном уже тонул.

Увидев адмирала и его верного Бимса, поморы рухнули на колени и стали славить морских богов давших им счастье улицезреть Светлого князя приплывшего на железной ладье и приручившего Грумантского пса.

Когда штурмана окончательно определились положением во времени и пространстве, курс флотилии был дан на Грумант.

На Груманте было селение поморов, которые некогда совершили исход с Большой земли не сойдясь во взглядах с присланным воеводой. Они основали поселок Белек и зажили довольно не плохо ибо этот Грумант, климатически отличался от своего собрата с той Земли. На этом Шпицбергене была дюжина термальных источников, вокруг которых образовались озера с отдельным микроклиматом по берегам, где поморы умудрились вырастить овес и даже пшеницу. Местные олени поддавались приручению и заменили тягловую и верховую скотину. У поморцев были кочи с которых они выставляли в море свои любимые ярусы, которые обеспечивали их рыбой. (Ярус, особая поморская снасть, достигает длинны в несколько вёрст и состоит из верёвки толщиною в мизинец, к которой прикреплены тонкие бечёвки длиною до двух аршин, на расстоянии одной сажени друг от друга. К свободному концу этих бечёвок крепятся крючки. Длина среднего яруса достигает 4000 сажен и к нему крепится до 5000 крючков. Ярус опускается на морское дно и лежит в воде около шести часов, после чего его медленно вытаскивают и естественно снимают с крючков попавшуюся рыбу).

У этих поморов была легенда о Светлом князе, который приручив Грумантского пса (нечто вроде местной собаки Баскервиллей) приплывет на железных челнах с дружиной и возьмет эти земли под себя. И эскадра адмирал Вальронда, своим появлением полностью эту легенду подтверждали.

За месяц до моего подселения в тело адмирала, в большой бухте, которая уже не станет в будущем заливом Билле Фьерд, образовался поселок из сборных домиков, обложенных снежными блоками, где потихоньку налаживалась жизнь и тут в адмирала Вальронда вселился некий отставник с большим и многогранным опытом по военной и хозяйственной части.

Глава 3

Я очнулся в теле адмирала под утро и какое то время корчился от головной боли, вызванной информационным смешением сознаний. Все знания адмирала Вальронда стали моими, но адмиралом Вальрондом стал теперь я.

Придя в себя я стал разбираться в ситуации в которой очутился и вот что мы имеем в знаменателе…

Я нахожусь на ледокольном транспорте Мурман, являющимся штабным кораблем флотилии и как бы резиденцией руководства Территории Грумант. Флотилия бросила якоря в огромной бухте на Западном острове. Бухта эта, была практически заливом разделенным на две бухты поменьше, в одной из них было поселение поморов, а в другой обосновались мы. Наш городок получил незатейливое название Кронштадт, ибо большая часть военных кораблей была переведена во флотилию оттуда. От Кронштадта уходила вглубь острова цепочка термальных оазисов с поясами земли пригодной для сельского хозяйства и там вовсю кипели работы совхозников и примкнувших к ним добровольцев. Штабной Совет Кронштадта, куда входили помимо адмирала, являющегося его председателем, старший майор Глебов (особист из ЧК), капитан Мурмана Иванов (самый опытный и уважаемый из торговых мареманов), агроном Петрухин, главный спец по сельскому хозяйству и формальный и неформальный лидер аграриев, инженер Паратов, начальник технарей, монтажников и эксплуатационников, и капитан-лейтенант Мазур, командир морпехов.

Как говорил Государственный секретарь Британской империи по вопросам войны сэр Томас Бабингтон Маколей, в Королевском флоте были джентльмены и моряки, но моряки не были джентльменами, а джентльмены — моряками. Я это к тому, что социальные слои у нас имелись и с достаточно четкими границами. Аграрии, моряки, военные, техники и даже академики (так я называл группу спасённых нами в море ученых). А вот политотдела не было, ибо он в полном составе погиб во время учебной тревоги. Баркас с политотдельцами репетирующими эвакуацию, подорвался на бродячей мине. Хотя эта версия вызывала у меня некоторые сомнения, уж больно фальшивая скорбь была на лице у капитан-лейтенанта Мазура, на которого и у меня, и у чекиста Глебова, скопился целый штабель доносов от политработников.

Местных жителей тут было тысячи две, у них были каменные дома ибо камня в горных осыпях тут хватало. Его возили и по снегу, и по земле на волокушах, а дома строили артельно. Социум у поморов был общинный, разбиты они были на Роды и совет Старейшин родов выбирал старосту на пять лет. Потом происходили перевыборы, но никак Новгородское вече. Поморы были люди солидные. Заморцам (так они называли людей с эскадры), уважительно показали границы поселений поморов и объяснили, что вне этих границ, земля и вода свободны.

В бухте были удобные фьорды для швартовки, там и поставили транспорты и мониторы. Дивизионы Речных крейсеров организовали брандвахту и патрулирование местной акватории. Радары были на всех кораблях и в трюмах транспортов были три стационара. Один из них поставили на горе в километре от порта и включали раз сорок восемь часов, ибо не смотря на имеющиеся танкеры, горючее было приказано строжайше беречь. У трех термальных озер, в зеленой зоне построили из сборных щитовых домиков три поселка, Инженерный, Бивак и Хлебный. Жили там соответственно технари, военные и аграрии. В Хлебном поставили элеваторы которые везли в разобранном виде, которые забили зерном с зерновозов и построили пекарню. Агрономы кстати обрадовали сказав, что в зеленой зоне у термальных озер, урожай можно будет снимать два раза в год ибо там во первых теплая земля, а во вторых, исходя из особенностей этого мира, тут длинный солнечный день. Скотина так же акклиматизировались без проблем. Но вот кошки, которых привезли с собой штатские, удивили… часть из них сбежали в зеленку и стали стремительно дичать и навострились ловить рыбу и лягушек, себе на пропитание.