Оазис был хорош! Трава сочная и зелёная. Растут фрукты, да и в воде водится рыба. Монстры, конечно, тоже водятся… Но у пастуха для этого есть сыновья. Да и сам Данжуур неплохо стрелял из лука.

Монгольская империя большая и разнообразная, а ещё очень бедная на плодородные земли. Поэтому люди выживают как умеют. А это либо пасти скот, либо идти в набег на соседей.

Конечно, был вариант поселиться в городах или заниматься земледелием, но люди, привыкшие к кочевому образу жизни и свободе, предпочитали именно такой образ жизни. Ну и набеги…

Если жить в городе, то придётся ходить на работу, приносить пользу обществу или, что ещё страшнее… ходить в школу! У многих кочевников даже мысль об учебной парте вызывала ужас.

Ещё до того, как граница северного соседа была закрыта, налётчики разграбили там немало поселений, в которых были и школы. А ещё похищали учителей. Учительниц в основном…

Было время, когда правящий, на тот момент, Великий хан, имея в плену кучу учительниц, решил сделать свой народ грамотным… Через полгода Монгольской империей правил уже другой Великий хан. Прошлого закололи шариковыми ручками. Причём его же сыновья и закололи… С тех пор у кочевников существует поверье. Кто отдаст сына в школу, тот будет им же и убит.

Также было ещё одно поверье: люди, живущие в городах это мол не настоящие монголы. И пусть они производят много товаров, но лучший котелок это тот, который ты добыл в набеге!

Тоже самое и про остальные бытовые предметы.

Когда-то самыми богатыми монголами считались северные. Они регулярно грабили русские земли, но нынче самыми богатыми считались южные. Они грабят юго-восточную Азию, Индию, Персию, Китай и прочие страны региона.

Восточные монголы тоже грабят, китайцев. Но для этого, как правило, приходится проходить через ядовитые земли, а потом перебираться через горы… Это тяжело, и много кто умирает в процессе, а добыча далеко не всегда окупает эти самые потери. Всё же север Китая довольно нищий.

Впрочем, а куда деваться? Только у одного Данжуура было девять сыновей. Про дочерей и говорить не было смысла. Он уже продавать их начал, так как прокормить столько ртов становится весьма тяжело. А выдать замуж весьма затруднительно. Ввиду высокой смертности мужчин, женщин в разы больше…

Так что лишние сыновья идут в набег, а лишние дочери продаются. В основном, в города. Там нужны рабочие руки. Но если девушка красивая, то их продают перекупщикам. А те уже развозят их по всему миру.

Правда, красивую дочь куда проще выдать замуж чем некрасивую… Так что, если не было сильной нужды в средствах, красивых дочерей старались всё же не продавать.

— Какой хороший день, — Данжуур лежал под большим и старым тополем. Под ним была постелена большая шкура, в руках бурдюк с кумысом. Но в Монголии он называется Айраг.

Рядом слышалось блеяние множества сытых и жирненьких овец. Они паслись у оазиса, уминая траву и кусты. В отличие от овец других пастухов, овцы Данжуура были здоровые, крупные и давали много шерсти, а также мяса. А всё благодаря этому оазису.

Обычно пастухи постоянно в движении. Травы в степях мало, и она быстро съедается подчистую. Отара овец — это словно лесной пожар, он движется вперёд, уничтожая всё на своём пути, оставляя лишь пустынную землю. А здесь, в оазисе, травы много, и она быстро восстанавливается.

Ну и хищники. В пустыне и степях полно хищников и чудовищ, а здесь основные твари уже были убиты пастухом и сыновьями. Нужно лишь регулярно подстреливать шальных тварей, пришедших издалека. Ну и мелочь всякую местную.

— Сдам шерсть, забью пару овец и, может, рабыню куплю себе… русскую, — мужчина похотливо заулыбался. — Слышал, они сисястые…

— Отец… Может, лошадь купишь? Или оружие получше? — взмолился сын, подходя к отцу.

Это был среднего роста парень. Для восточного монгола весьма высок, аж метр шестьдесят. Левого глаза, правда, нет.

Глаз вырезали из-за того, что его укусила пустынная муха. Она в вместе со слюной в глаз занесла свои личинки. Они начнут расти, есть глаз, а потом переберутся в мозг. Поэтому глаз пришлось удалить, дабы спасти парню жизнь.

Жизнь кочевника тяжела и сурова. Каждый день — это борьба за выживание. И пусть далеко не каждый может выжить, но высокая смертность компенсируется высокой плодовитостью.

— Ой, иди отсюда, — проворчал мужчина. — Будете хорошо себя вести, и вам дам попользоваться ею.

— Отец… Старший брат, кажется, умрёт скоро, ему нужно лекарство.

— Ну так сходи на охоту. Подстрели монстра, — вновь проворчал мужчина.

— Но лук… Он уже почти сломан…

— Копьё возьми, всему тебя учить приходится! — мужчина открыл глаз и помахал рукой, прогоняя надоедливого сына, и тот ушёл.