— Фу, бабушка! — брезгливо передёрнула плечами сестра.

— Я слышала, что от неё давно отказались, — поспешила сменить тему Селина, посчитав, что обсуждение самой жуткой казни намного безопаснее разговора о взятом заказе.

— А еженедельник пишет, что при покушении на жизнь членов правящей семьи ещё применяют. Просто покушений давно не было.

— Ну и замечательно! — картинно схватилась за сердце Весьняна и, хихикнув, добавила. — Бабушка, прекращай читать, быть такой умной вредно. Может тебе тоже не помешает выйти замуж. Ты очень хорошо выглядишь, настоящая красавица.

— Да, почти все волосы и зубы на месте, — проворчала бабушка, пряча улыбку в уголке рта.

— А главное — человек хороший! — не сдавалась Яна.

— Точно! Спаси Бог, того безумца, кто решиться на такое!

Селина улыбалась, слушая шутливую пикировку родных и чувствуя тепло на плечах от рук сестры. Внутри несмотря на страх, зарождался огонёк уверенности. Бабушка права: драконы древние и разумные существа, а с людьми Селина как-нибудь договорится!

В назначенное время Селина была у дверей агентства. Удобные ботинки на шнуровке, широкополая шляпа и серый дорожный костюм. Мать настаивала на зелёном, недавно пошитом, но она отказалась. Какая разница, какого цвета костюм, если за три дня пути он сольётся с окружающими горами! Пальцы сжались на ручке небольшой сумки с личными вещами и комплектом сменной одежды. Двери агентства были всё ещё закрыты: ни директора, ни его помощницы, ни обещанного сопровождающего. Ранние прохожие бросали на неё заинтересованные взгляды, но вопросов пока не задавали.

Мысль, что это просто шутка, а за окном одного из кафе напротив притаились все соискатели во главе с директором и подхихикивают над глупой девицей Ерош, становилась всё более реальной.

— Веселина Ерош? — хриплый мужской голос отвлёк её от мысленного созерцания колышейся от смеха госпожи Пигдинтон.

Селина обернулась, рядом застыл монах, высокий, почти на голову выше её, и немного сутулый, как и все монахи. Наверное. В столице магического княжества они были редкими гостями. Этот первый, кого она видела так близко. И как она не заметила-то его? Тяжёлый подбородок, плотно сжатые губы и кончик упрямого аристократического носа, всё остальное терялось в тени глубоко натянутого капюшона рясы.

Ряса, да…она была такой же серой, как и её костюм.

— Да?

— Я брат Йован, буду твоим сопровождающим, — он развернулся и, больше не сказав ни слова, направился вдоль по улице.

Селине пришлось потратить некоторое время, чтобы сообразить, что он идёт к городским воротам. Когда она опомнилась, монах был уже далеко. Пришлось некрасиво бежать за ним. Шляпа слетела и болталась за плечами, завязки неприятно давили на горло. Сумка мешала и путалась в юбках.

— Подождите!

Монах продолжал идти, не обращая внимания на её крики.

— Брат! — безрезультатно. — Как там тебя? — прошипела Селина вспоминая. — Йован! Брат Йован, подождите!

Спина в серой рясе замерла. Селина приняла это за готовность подождать и перешла на шаг. Хватит, достаточно повеселила прохожих. Дыхание благодаря тренировкам пришло в норму быстрее, чем чувство собственного достоинства.

— Брат Йован, — как можно вежливее поинтересовалась Селина, как только они поравнялись. — Как вы планируете добираться до места?

— По дороге, — сухо бросил он, продолжая движение.

Селина поперхнулась воздухом. Вот как с ним можно быть вежливой? Глубокий вдох и медленный выдох. Три дня потерпеть, а там выполнит заказ, откроет салон и забудет этого монаха, как страшный сон!

— Безусловно, — кивнула она, пытаясь подстроится под его широкий шаг. Юбка коварно цеплялась за лодыжки, чтобы не упасть и не свернуть себе шею (было бы обидно умереть, так и не выйдя из города!) приходилось чередовать шаги с короткими перебежками. — Меня интересует, каким транспортом вы планируете воспользоваться?

— Нас ждёт коляска.

Ну, хоть так! Прежде чем Селина успела поинтересоваться, сколько до неё идти, монах забубнил что-то себе под нос, перебивать молящегося было неудобно. Селина очень надеялась, что это действительно молитва, а не ругательства или проклятья.

***

Спустя полчаса они стояли на загаженном заднем дворе трактира, приютившемся прямо за городскими воротами. Селина потирала зудящую спину (сумка изначально не тяжёлая, после двух вёрст пешком превратилась в пудовую) и рассматривала коляску. Она немного не так себе её представляла: