— А ну брысь отсюда! — рявкнул я на лису.

Лиса встала, и я понял, что она ходит на двух ногах и носит одежду. А ещё — кинжалы.

— Этому придурку ничего доверить нельзя! — фыркнул лис и пошёл на меня с оружием наголо.

— Эй, ты чего?

— Где Велла, урод? — спросил он.

— Я урод? Может, поэтому тот человек сбежал?

— А ты в зеркало на себя погляди! — усмехнулся лис, указывая кинжалом на что-то за моей спиной.

Поворачиваться к психопату в маске и с холодным оружием спиной совершенно не хотелось, но я чувствовал себя чужим во всём этом доме, чужим даже в своём теле. Поэтому не смог удержаться от того, чтобы проверить, что же происходит позади меня. Я оглянулся на долю секунды, чтобы увидеть, как пара карликов тащат куда-то трюмо.

Дальше всё случилось как будто само по себе. Я лишь успел подумать, можно ли бить физически нездоровых людей, если они воруют мою мебель? А тело уже подбежало к первому, пнуло его под коленку, схватило его за голову и хорошенько приложило лбом о толстую доску трюмо. Второй бросил мебель и попятился, за что получил пинок в живот и колено в морду. Я с удивлением отметил, что хоть я и не надел даже ночных тапочек, пинки ощущаются как будто на мне берцы.

От падения зеркало задребезжало, угрожая разбиться, но всё же уцелело. Я шагнул назад от задыхающегося карлика, и посмотрел, наконец, на своё лицо.

Его не было.

Вообще никакого лица, если не считать каких-то схематичных глаз, рта и ушей, вылепленных на куске глины. Ниже была глиняная шея, такие же плечи, руки… Я дошёл до пальцев, которые были измазаны глиной, но сквозь неё проглядывал блестящий зеленоватым оттенком металл. Ногти тоже были железными.

— Ну что, урод, убедился? — лис подошёл ко мне вплотную, и я почувствовал, как в спину что-то воткнулось. Туда, где у нормальных людей должна быть печень. Лис, уверенный в своей победе, как будто приобнял меня, и закинул руку с кинжалом мне на плечо.

— Я не понимаю — честно сказал я.

— Это уже не важно. — ответил лис, вонзая кинжал в глину с левой стороны груди.

Тонкое острое лезвие вошло без особого сопротивления, и без малейшей боли. Лис взял меня за плечи и аккуратно, стараясь не шуметь, уложил на пол.

— Ну, чего разлеглись? Дом сам себя не вынесет! — рявкнул он на избитых карликов.

В глубокой задумчивости я достал из груди кинжал. Посмотрел на него. Повернулся на бок, с трудом завёл руку за спину и вытащил второй. У меня больше не было крови, которая могла бы течь, крови, которая могла бы кипеть от ярости, когда мой дом грабят. Я не чувствовал вообще ничего. Карлики, будто не замечая, что я всё ещё жив, снова схватились за трюмо и потащили его к двери. Лис уже открыл её и подпёр женской туфелькой, чтобы не закрывалась.

Трюмо скрылось в проходе, а я всё ещё держал кинжалы в руках.

— Очень мило с твоей стороны. — поблагодарил меня лис-убийца и попытался забрать своё оружие.

Я попытался вздохнуть, но глиняное тело так не умело. Однако, звук получился самый правдоподобный. Тяжело было решиться, но всё же, этот человек пришёл сюда грабить и убивать, а потому, я позволил ему вырвать один из кинжалов, а потом схватил за руку, притянул к себе и вставил второй под подбородок, с удивлением отметив, что это настоящая лисья морда, а вовсе не плюшевая маска.

От вида капающей крови мне стало совсем противно, и я сбросил тело с себя. Поднялся. Забрал оружие вместе с ножнами. В этот момент в дом снова вошли двое карликов с зеленоватыми лицами. Гоблины, что-ли?

— Любезнейшие, несите трюмо обратно. А потом заберите падаль и можете быть свободны.

Карлики посмотрели на меня, на лежащий у моих ног труп, развернулись и ушли. Я вернулся в спальню, чтобы дождаться наряд полиции в более комфортных условиях. Сейчас я как никогда прежде нуждался в чём-то знакомом, родном и уютном.

Вместо этого меня встретила всё та же странная комната. Здесь стоял угловой стол, заваленный бумагами и пластиковыми папками, второй стол — огромный, занимающий большую часть комнаты, расположенный так, как я расположил бы кровать, а рядом с ним была тумбочка. На ней лежали какие-то железные инструменты, не то хирургические, не то скульпторские.

— Куда я, нахрен, попал? — спросил я у комнаты.

Дом, который я всё ещё считал своим, предательски промолчал.

В коридоре снова зашумело. Гоблины реально тащили трюмо обратно. Они проползли мимо меня, а потом — в обратную сторону, за телом лиса. Вынесли его, положили у крыльца, и оба, выстроившись в линию, синхронно мне поклонились. Распрямившись, один из них побежал снова хватать труп за руки, а второй закрыл дверь, вновь оставив меня наедине с роящимися в голове вопросами.

Здесь был стол, а на нём — бумаги. На них может быть написано что-то полезное! Я рванул туда, где полуденное солнце, через открытое окно заливало светом чьё-то рабочее место. Первое, что бросилось в глаза — положенный поверх всего листок, придавленный чем-то вроде кирпича. Я взял его в руку и рухнул на стул.

«Не могу поверить, что это всё же случится! Быть первым — это великолепно! Правда, ты, наверное, не оценишь. Ты же, в некотором роде, помер))»

Очень смешно. Особенно скобочки. Были бы у меня слюни, я бы сплюнул.