Говор, гудение. Мисс Победная Ухмылка: «Чего вы так долго? Не могли проскочить мимо сторожей Даунинга?» Вики: «Я думала, ты даже не попытаешься. Мы уже сегодня много чего сделали». Мисс Победная Ухмылка: «Что, например?» Вики: «Например, осмотрели Новое Подземелье». Мисс Победная Ухмылка: «Ладно…»

Джирлиб: «Заткнитесь обе. Вам обеим вообще-то здесь делать нечего».

– Но мы же радиозвезды, Джирлиб, – самодовольно похвалилась Гокна. – Нас любит публика.

Джирлиб придвинулся ближе.

– Это ты брось. На каждых троих, которые любят «Детский час», найдутся трое других, которых он тревожит, и еще четверо традиционалистов, которые тебя ненавидят до печенок.

«Детский час» был когда-то для Вики самой большой в жизни радостью, но после достопочтенной Пьетры это уже было не так. Теперь, когда их возраст стал известен, это было как все время кому-то что-то доказывать. Нашлись даже еще несколько внефазных – но пока ни один из них в передачу не годился. Вики и Гокна не смогли подружиться с новыми кобберятами – даже той парой, что была с ними одного возраста. Это были странные и недружелюбные дети – почти что стереотип для внефазных. Папа сказал, что все дело в их воспитании, в годах подпольной жизни. Это пугало больше всего, и Вики говорила об этом только с Гокной и то ночью и шепотом. А что если Церковь права? Может, они с Гокной только воображают, что у них есть души?

Минуту все четверо стояли молча, переваривая смысл слов Джирлиба. Потом Брент спросил:

– Джирлиб, так зачем ты здесь?

От любого другого такой вопрос прозвучал бы вызовом, но словесные перепалки были Бренту недоступны. Вопрос был из простого любопытства, просьба просветить.

И потому он достал глубже любой подколки.

– Гм, да. Я направлялся в город. В Королевском Музее выставка Искажений Хелма… и к тому же мне-то бояться нечего. У меня вид почти как у рожденного в фазе.

Это было правдой. Джирлиб не был таким крупным, как Брент, но у него уже начала пробиваться отцовская шерсть в разрезах куртки. Но Вики не собиралась его так легко отпускать и ткнула острой рукой в сторону Гокны:

– А это у тебя кто? Ручной тарант?

Маленькая Мисс Победная Ухмылка расплылась в милой улыбке. Лицо Джирлиба превратилось в маску гнева.

– Вы двое – ходячие катастрофы, вы это знаете?

Как именно Гокна уболтала Джирлиба взять ее с собой? Этот вопрос возбуждал у Вики неподдельный профессиональный интерес. Они с Гокной были лучшими манипуляторами во всей семье, и с большим отрывом от остальных. Вот почему они так плохо друг с другом ладили.

– У нас, по крайней мере, была уважительная научная причина, – сказала Гокна. – А у вас?

Вики махнула пищевыми руками в лицо сестры:

– А мы идем посмотреть на снег. Это серьезный развивающий опыт.

– Ха! Просто ты хочешь в нем поваляться.

– Заткнитесь, – поднял голову Джирлиб, окидывая взглядом народ на автобусной остановке. – Нам всем надо ехать домой.

Гокна переключилась в режим убеждения.

– Но послушай, Джирлиб, это был бы худший вариант. Домой идти долго. Давай подъедем на автобусе к музею – видишь, он уже идет.

Это было очень вовремя. Экспресс как раз выезжал на магистраль, поднимаясь на холм. Инфракрасные огни обозначали кольцевой маршрут по центру.

– А когда мы туда попадем, снегоманы уже будут возвращаться, и будет экспресс до самого дома.

– Эй, я сюда приехала не поддельное инопланетное волшебство смотреть! Я хочу видеть снег!

Гокна пожала плечами:

– Сочувствую, Вики. Можешь, когда приедем домой, сунуть голову в холодильник.

– Я… – Тут Вики заметила, что у Джирлиба готово лопнуть терпение, а серьезных контраргументов у нее все равно не было. Одно сказанное Бренту слово – и Вики понесут домой, хочет она того или нет. – Ладно, отличный день для похода в музей.

Джирлиб хмуро улыбнулся:

– Ага, а там мы наверняка найдем Рапсу и малыша Хранка, которые уговорили охрану отвезти их прямо туда.

Вики с Гокной закатились смехом. Малыши уже не были младенцами, но они целый день все равно терлись возле папы, и представить себе, как они перехитрят охрану матери – это было уж слишком.

Вся четверка пододвинулась к краю очереди и оказалась последней на посадку в автобус… Ладно. Четверым грозит опасность меньше, чем двоим, а Королевский Музей – безопасная часть города. Даже если папа их поймает, сам факт осторожного планирования будет говорить в их пользу. А снег в ее жизни еще будет.

Общественный экспресс был совсем не похож на машины и самолеты, к которым привыкла Вики. Здесь народ набивался плотно. По всей длине салона свисали веревочные сетки – очень похожие на детские тренажеры. Пассажиры вцеплялись в них руками и ногами и висели вертикально самым недостойным образом. Так можно втиснуть в салон больше пассажиров, но чувствуешь себя при этом очень глупо. Только у водителя был настоящий насест.

В автобусе не было бы тесно – если бы пассажиры не потеснились, оставив детям побольше места. Шарахаются – ну и наплевать. Она перестала рассматривать пассажиров и переключилась на пролетающие мимо перекрестки.