Если честно, то я в ужасе от этой идеи. Мне не выжить, если Арай узнает! Думаю, в его больной голове это будет приравнено к измене! Но мне это нужно: встать с мужчиной в противостояние и научиться что-то делать с этим. Поэтому решительно поднимаюсь на ноги. Плевать, с кем поставят!

– Работайте… – бросает он им и идёт в мою сторону.

Останавливается в метре от меня, внимательно разглядывая. Мне становится неловко.

– А зачем, Эль?

– Мне нужно.

– Обижает кто-то?

– Нет, – отвечаю, стараясь контролировать дыхание. Но почему-то глаза начинает щипать от этого вопроса. Моргаю почаще, чтобы он не заметил. Я пришла сюда не жаловаться. – Никто не обижает. Но если можно, то я буду ходить.

– Хорошо.

Тянется к моей руке. Делаю машинально неловкий шаг назад. Пытливо склоняет голову набок.

– Запястья покажи, – протягивает руку.

Меня первый раз касается посторонний мужчина. От этого внутри всё сжимается. Намешано очень много всего! А больше всего – страха, что Арай узнает. Но есть и что-то совсем другое в прикосновении этих горячих, сильных рук.

Он аккуратно сжимает мою ладонь в кулак и поворачивает, обхватив его сверху своей рукой.

– Мда…

Неожиданно сжимает мой бицепс. Дёргаюсь. Скептически ведёт бровью.

– На сегодня у тебя скакалка и турник. А на дом – физика.

Стягивает с матов старенькую пухлую методичку.

– «Физика. Раздел: Статика и динамика» – в недоумении читаю я. Поднимаю глаза, хмуро вглядываюсь. Издевается, что ли??

Невозмутим. А сзади – шепотки и смешки.

– Классная шутка. Пойду посмеюсь, – я с разочарованным вздохом разворачиваюсь на выход. Сердце колотится в грудной клетке. Жаль… Я очень рассчитывала.

– Стоять. Вернись.

Голос командный и недовольный. И я уже на уровне рефлексов подчиняюсь, вдруг испытывая порыв отвращения в этому Громову.

– Никаких шуток. Скакалка – разминка. Турник – твой силовой предел, работа с собственным весом. Я должен посмотреть, на что ты способна, чтобы составить какую-то программу. А в спарринги я тебя поставить не могу. У тебя мышцы слабые, и суставы не выдержат бросков и давления. Пацаны невольно могут тебя сломать.

Взмахиваю методичкой. Сзади полная тишина. Навострив уши, все с любопытством слушают наш диалог.

– Это, – кивает он на книжку, – ты должна знать от зубов и представлять себе во всех деталях. Рычаг, момент вращения, точки опоры и всё остальное. Даже имея твоё тело, но зная то, что написано там, я легко уложу любого из них, – не глядя, кивает на «альфачей».

Чёрт… Мне становится стыдно за свою реакцию.

– Извините, – опускаю я глаза.

– «Извини», – поправляет меня он. – И в зале я не шучу. А если шучу, то всё равно не шучу.

– Нет, ты посмотри… Громов скорый… Он уже «имеет её тело»! – сзади опять хохот и шуточки.

Игнорируя, он продолжает:

– Выучишь физику – будешь учить анатомию. И без истерик мне, ясно? Здесь – только бойцы. Хочешь заниматься – соответствуй.

– Ясно. Я всё выучу.

– Тогда вперёд, за скакалку…

Переливаясь всеми цветами красного, иду к стенду за скакалкой под внимательным взглядом мужчин.

– Чего стоим? – рявкает чуть громче Макар. – В спарринги. Отрабатываем выход из удушающего.

Выход из удушающего… Актуальный навык.

Со вздохом разворачиваю скакалку и начинаю прыгать, ругая себя всеми словами, что не надела плотный спортивный бюстгальтер. Потому что нихрена они не отрабатывают… Пялятся только!

С горем пополам дожив до конца тренировки, выползаю на ресепшен. Турники мне не одолеть… Ложусь лицом на руки, напоминая себе забрать нетбук и методичку. Надо ехать. Скоро вернётся Арай.

Поправив на плече сумку, сухо прощаюсь со второй сменой. Всего их четыре. Выхожу на улицу. У машины Макар.

– Эля!

– Да?

– Садись – подвезу, поговорим.

Я не хочу разговаривать с ним. Чувствую его повышенный интерес. И точно знаю, что не вывезу эту ситуацию. Это только всё сильно усложнит для меня.

Защитит от Арая? Может быть… А может быть, и нет. Арай может отыграться на нём своей ментовской властью. Но даже если у Арая не выйдет, что дальше? Попасть под власть ещё одного сильного мужчины? Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Не хочу. Я должна сама.

– Нет. Спасибо. И говорить со мной не надо. Меня надо только тренировать.

– Окей, – недовольно прищуривается он.

– До свидания, Макар. Не обижайтесь. За всё остальное – большое спасибо.

Молча протягивает мне лист блокнота.