Об утреннем инциденте никто не вспоминал. По крайней мере, вслух. Ярослав же думал, что Кольцова надо ставить на место. Зазеваешься, и этот сорвиголова тебя застрелит. Вряд ли он может себя контролировать. Даже с учетом того, что у него семья. Налетел же он тогда в части… В первую очередь надо отнять автомат, что уже сделано. Во вторую загрузить работой. Будет кочевряжиться… Под дулом сделает все, что скажут. Так и дотянем до Белоземска.

Броднин вдохнул свободной грудью и мельком глянул на колдуна. Тот, положив подбородок на кулак, дремал. Ярослав толкнул его в плечо. Мистер Перрилорд встряхнул усами и, выпучив глаза, посмотрел на разведчика.

– Что за фамильярности вы себе позволяете, товарищ командир?

– Да что-то радио барахлит, чиню.

Колдун расплылся в улыбке.

Уазик засипел, затарахтел и задергался. Броднин сдвинул брови. Теней нет. Хорошо, можно заправиться. Лишь бы они не заявились в процессе.

Ярослав остановил машину на возвышенном участке трассы. Направо и налево от него шел крутой спуск, упирающийся в густой лес. Обернувшись назад, Ярослав посмотрел на Кольцова. Тот демонстративно закрыл глаза. Броднин собрал все оружие и вышел.

Следом из Уазика выплыл мистер Перрилорд, растягивая руки в стороны. Он забарабанил по груди, издавая гудящий вой, и подпрыгнул на месте.

– Хо-ро-шо-о-о-о… – протяжно сказал колдун и подошел к Броднину, стоящему возле багажника.

– Приятелей наших вызываешь? – спросил Ярослав.

Мистер Перрилорд отмахнулся и кивнул на автоматы.

– Куда тебе столько?

Броднин не успел ничего ответить.

– От меня хочешь спрятать? – спросил сзади Кольцов.

Сердце подскочило к горлу. Как он так тихо вышел? Ярослав развернулся, и Кольцов ударил его в левую скулу. Броднин полетел навстречу деревьям. Ударившись головой о сосну, он потерял сознание и упал лицом в черную жижу, похожую на смолу. Та моментально обволокла всю его голову и застыла, образовав твердый кокон…

Издалека донесся раскатистый гул, как будто на землю упал небоскреб или обломок скалы. Броднина окатило холодным потом. Распахнув глаза, он подскочил и осмотрелся.

Под ногами шуршал упругий песок, перемешанный с гравием. Вокруг в радиусе ста метров простиралось освещенное пространство, за которым начиналась вязкая тягучая прилипчивая тьма. Свет исходил неизвестно откуда. Над головой не было никаких его источников. Все та же тьма. Нависающая, придавливающая к земле, гнобящая.

Ярослав, прерывисто вдыхая, попятился и повернулся. И снова попятился. И снова повернулся. Потом сел на корточки и замер. Стал слушать.

Тишина.

Собственное дыхание пробивалось как будто через вату. Броднину казалось, что его связали и конечности растянули в стороны, а напротив распахнутых яиц подвесили раскачивающийся топор, который с каждым махом подбирался все ближе и ближе к сокровенному. Ярослав сглотнул и, взяв камень, встал в полный рост. Размахнувшись, он бросил камень в темноту.

Оттуда ни ответа, ни привета. Тишина.

Броднин судорожно вздохнул и, осмотревшись, пошел вперед. Странным образом освещенный кусок пространства передвинулся вместе с ним. Ярослав хлестанул себя по щекам и, тряхнув головой, сделал еще несколько шагов. Пространство опять переместилось.

– Бред какой-то, – прошептал Ярослав и на краю света заметил асфальтовую дорогу.

В кровь ворвался адреналин, и Броднин как угорелый выбежал на асфальт.

В ста метрах впереди стоял среднего роста блондин с короткими волосами и такими же блондинистыми жиденькими усиками и бородкой. На нем висели кроваво-белая рубашка и черные брюки. Лицо – в месиво. Правый глаз отек так, что его не было видно вообще. Изо рта на асфальт падали капли крови. Он стоял, чуть сутулясь, и исподлобья смотрел на Ярослава. Плохо смотрел.

– Это мое тело… Отдай мое тело… – сказал он потусторонним голосом.

Ноги у Броднина подкосились, в груди застыл вдох, пульс забарабанил в виски. Ярослав медленно стал передвигать ступни назад, не спуская глаз со странного гостя. Кровавый блондин уверенной походкой сорвался с места. Ярослав зашевелил ногами быстрее.

– Отдай. Мое. ТЕ-ЕЛО-А-А-А! – изрыгнул блондин крик, переходя на бег.

Никогда еще ужас так сильно не сковывал тело и мысли. Ярослав, как обоссанный котенок, бросился бежать, заплетаясь в ногах, часто и прерывисто дыша.

Сзади верещал преследователь, периодически вставляя ругань, проклятия и требования вернуть тело. Ярослав дрожал, хрипел и бешено переставлял ноги. Кровавый псих нагонял. Издав протяжный стон, Броднин ускорился.

Блондин, отчаянно гаркнув, схватил большой камень и швырнул в Ярослава. Снаряд попал в затылок, и по телу, сковав мышцы, пронёсся разряд боли. Броднин, взявшись за голову, сбавил темп и, не в силах сопротивляться огню в затылке, упал на колени. Он отнял руки и увидел капающую с них кровь. В глазах помутнело.