АРМИТЕЙДЖ. Да – на что?

БЛАВАТСКАЯ. Да, ты ей понравился. И да, прикоснись к ней, и тебе не поздоровится. И да, ты к ней прикоснешься, будешь дураком, если не прикоснешься, жизнь коротка. А теперь переключись и сними карты для мадам Блаватской.

АРМИТЕЙДЖ. Это карты таро?

БЛАВАТСКАЯ. Ты думаешь о ней голой, так? Не отрицай этого, я читаю мысли. Для этого никакого таланта не требуется. Мужчины, сын мой, прирожденное зло. Женщины, однако, должны с этим работать. К счастью, у большинства получается. Элизабет только пытается добиться успеха. Она вегетарианка и танцует, как принцесса эльфов. К сожалению. Не как танцовщица. Это не раздражает, она мастеровитая. Лишь немного печалит. Молодой человек на этом этапе ее жизни, возможно, пойдет ей на пользу, а может, еще больше собьет с толку. Все зависит, полагаю, от молодого человека. До тебя доходит смысл моих слов?

АРМИТЕЙДЖ. Насколько нравственен наш разговор?

БЛАВАТСКАЯ. Нравственен? Ты смеешь усомниться в нравственности мадам Блаватской? Да я обедала с царицей и вычесывала вшей из бороды Распутина! Ты абсолютно прав. Она покажет тебе Лондон, познакомит с Йейтсом. Отнесись к ней по-доброму, это все о чем я тебя прошу. Она слишком много времени проводит с этими психически больными чудиками, которые приходят на сеансы. Для нее это не так и здорово. Ты более нормальный, из Айовы.

АРМИТЕЙДЖ. Огайо. Город называется Армитейдж. В честь одного из моих предков. Тогда-то давно он назывался Троя. Итальянская часть до сих пор так называют, но название…

БЛАВАТСКАЯ. Ага. Молодой человек из Трои. Парис приходит в Лондон.

АРМИТЕЙДЖ. Парис?

БЛАВАТСКАЯ. Ерунда. Малые архитипические отголоски. Нет, Елена – толстая, старая женщина. Перебор для мифологии. А вот и она. Полагаю, мозги у тебя не куриные. Я на тебя надеюсь.

ЭЛИЗАБЕТ (возвращается с чаем). А вот и мы. Не обожгитесь.

БЛАВАТСКАЯ. Американцы не умеют подавать чай.

ЭЛМЗАБЕТ. Вы тоже.

БЛАВАТСКАЯ. Это правда. Только глупые англичане знают, как это делается. Это их эквивалент элевсинских мистерий. Мне гораздо проще с Йейтсом, который ирландец и крайне неуклюж. И я люблю цыган. Знаешь, Элизабет, когда у меня болела нога, та цыганка вспороло живот живой собаке, чтобы обернуть ею мою ногу.

ЭЛИЗАБЕТ (не поведя бровью). Помогло?

БЛАВАТСКАЯ. Отвлекло от боли. Она была очень мудрой женщиной. Но потом я добилась ее ареста. Я люблю собак. Собаки одушевленные. Прошу меня извинить, мне надо подготовиться к чтению карт.

АРМИТЕЙДЖ. А как вы к этому готовитесь? Какая-то форма медитации?

БЛАВАТСКАЯ. Что я делаю, так это иду в другую комнату и писаю. Этот чай творит черт знает что с моей мочевой системой. Но, если тебе нужны чаинки, приходится идти на жертвы. Элизабет, развлекай этого молодого человека. (Уходит, подмигнув АРМИТЕЙДЖУ).

ЭЛИЗАБЕТ. И что вы думаете о нашей мадам Блаватской?

АРМИТЕЙДЖ. Я думаю, она обожает потешаться над молодыми людьми.

ЭЛИЗАБЕТ. Это в какой-то степени проверка. Если вы доказываете, что у вас есть чувство юмора и сила духа, то ее выдерживаете. Вы учились в семинарии?

АРМИТЕЙДЖ. Почему? Я надел воротник задом наперед?

ЭЛИЗАБЕТ. К нам много таких приходит. Я их знаю.

АРМИТЕЙДЖ. И какие они?

ЭЛИЗАБЕТ. Или опьяненные Богом, или сбитые Богом с толка. Я оскорбляю ваши чувства?

АРМИТЕЙДЖ. Разве это имеет значение?

ЭЛИЗАБЕТ. Только, пожалуйста, не обижайтесь. Она таких притягивает, вот и все. Большинство уже не в себе, с чувством юмора у них совсем плохо, и она окончательно сводит их с ума. Это грустно, но и так забавно. Она не враждебна к невинности, ей невинность нравится, но она ненавидит умственную упертость. Как и умственную мягкость. Она предпочитает гибкий и понимающий юмор разум. Она любит мистера Йейтса, потому что он веселый, энергичный, скептический и невинный одновременно. Еще она любит меня. По крайней мере, я думаю, что любит. Иногда сказать трудно.

АРМИТЕЙДЖ. Вы думаете, она сведет меня с ума?

ЭЛИЗАБЕТ. Надеюсь, что нет. У вас такие прекрасные грустные глаза. Может, самую чуточку безумные. Толика безумия божественна, хороша для искусства. На самом деле, я не знаю, прошла ли я проверку, потому что, боюсь, я безнадежно здравомыслящая. Меня это очень тревожит. И я, похоже, ничего не могу с этим поделать. Я мечтаю, чтобы кто-нибудь научил меня быть безумной, хотя бы временно. Может, вы? Нет, я так не думаю. Почему вы ушли из семинарии? Из-за малодушия? Похотливости? Нет, не из-за похотливости. Только не обижайтесь.

АРМИТЕЙДЖ. Я решил, что в таком месте мне его точно не найти. Вот и отправился на поиски.

ЭЛИЗАБЕТ. Взяли инициативу в свои руки. Глупо, конечно, но решительно. Только не обижайтесь.

АРМИТЕЙДЖ. А вы думаете, самые темные загадки вселенной более не стоят того, чтобы задавать вопросы, которые, возможно, помогут их разгадать?

ЭЛИЗАБЕТ. Нет, нет, я обеими руками за вопросы, но дело в том, что я слышала все ответы, и, если честно, мнения о них невысокого. Вы даже не верите в то, что ищете. С тем же успехом можно ехать в Ирландию и охотиться на лепреконов. Кстати, я уверена, что мистер Йейтс это уже проделывал. Вам следует поехать с ним. Это похоже на ирландскую «охоту на бекаса». Новичку говорят, если в ловушку положить зеленый сыр, все бекасы будут твои, а потом, давясь смехом, смотрят, как бедолага расставляет по всему лесу ловушки.