Перламутровые дорожки из пыли так и манят оставить послание. Указательным пальцем пишу: love. Это тебе, мой нежный и внимательный мужчина. Когда же мы увидимся и ты обнимешь меня? Динь–дон. Динь–дон. Глухой звук с трудом прорывается из–под синтепоновой подушки цвета неба. Тянусь на другую сторону матраса и вытаскиваю этот серенький кусочек пять на десять, чтобы принять сообщение из космоса.

На цветном экране всплывает пока малознакомое и еще непривычное ЗАЙЧИК: Доброе утро, самая обаятельная принцесса! Я уже проснулся, сходил в душ и поставил любимую пластинку. Пока слушал, понял, что мне ужасно сильно не хватает твоих глаз. Они искренние и большие.

БЕЛОЧКА: В них живет солнце. А еще частица тепла, которую я отправляю тебе за сотни километров. С добрым утром!

ЗАЙЧИК: Поймал. У меня есть сюрприз. Когда ты приедешь на пересдачу, я буду ждать тебя около института.

БЕЛОЧКА: Договорились. С нетерпением жду встречи. Как же я люблю сюрпризы… А-а-а-…

Маленький предмет, а какие дарит эмоции. Тут ведь и растаять можно, и умереть, не встав с места.

Белочка и зайчик как-то сразу к нам приклеились, и надобность в именах отпала. Так проще, особенно когда тебе двадцать: все вокруг милое, нежное, доброе. Злое и неприятное – на другом континенте. Завтрак, порция местных сплетен – и вперед за учебу, а тут только успевай загружать новые знания, туфельки, которые подходят к платьицам, кто кому и кем приходится, сколько героев в романе, кто написал и в чем, собственно, смысл. Заметила за собой, что, когда внутри тебя такой переполох, смысл прочитанного никак не доходит до сердца, а улетает куда–то в сторону леса.

Лес – мой друг и безмолвный свидетель слез, переживаний и редких счастливых моментов. Сегодня он как-то особенно приветлив, наверное, чувствует и переживает за меня. Сессия завалена, родители злы, ориентиры стерты, и в голове всплывают мысли: а не махнуть ли просто на все рукой и будь что будет. Хорошая идея, но я слаба для ее осуществления. Вот кто бы просто обнял и поддержал – это да, а тут приходится защищаться от нападок и искать любое убежище, лишь бы там было уютно. И, кажется, такое нашлось. Мой Зайчик, который меня обнял перед отъездом и сказал, что спасет ото всех. И это, как по трафарету, отпечаталось на сердце. Сказать об этом вслух язык не поворачивается, поэтому только и остается, что писать все мысли сюда.

Ночь как вдох-выдох, раз – и закончилась. Дорога, билеты, пересадки и родное серое здание университета. Трясусь, как заяц под кустом, но сдавать надо (меня же ждет сюрприз). В билете есть знакомые слова, понимаю, о чем суть, становится чуть теплее. Выхожу, отвечаю. Долго жду, пока ответят остальные. Совещание комиссии, и заветная оценка на белом листе в зачетке. Ура! Пусть три, но зато сдала! Не придется читать эту зарубежку от заката до рассвета. Можно балдеть и наслаждаться ветром в волосах, мягкостью дивана, что привезли со старой квартиры, запахами, которые так и шныряют туда-сюда. Это все еще предстоит, а пока считаю ступеньки с четвертого до первого.

Улыбка! Эй, кыш отсюда, нечего выдавать всю мою радость. Ладно, шучу. Я офигеть как счастлива!

Бдыщь! Захлопнулась дверь, и я посреди тротуара, залитого оранжевым солнцем. Иду и пинаю его ногой: давай пошевеливайся, я так–то тороплюсь… Сворачиваю за угол, а там…

А там белое воздушное облако из белых роз! Господи, какие они нежные, красивые и пушистые. Каждый цветочек хочется понюхать, прижать к себе. А сколько мыслей в голове: а вдруг не мне, не для меня, ведь он же не уточнил, а я губу раскатала… А может, все же мне, и я буду скакать от счастья прямо посреди площади. Три шага, и я на месте…

– Привет! Это для тебя. Для девочки, в глазах которой жизнь.

– Ты не шутишь?

– Да нет же, бери.

– Это не со мной. Я и розы. Я и принц. Это очень нежно, до мурашек. Спасибо!

И тут все происходящее стало восприниматься чуть мягче, красивее, добрее. Как будто вместе с розами мне подарили фильтр, который позволяет жить, словно владелец шоколадной фабрики, вкусно и сладко.

– Куда пойдем?

– Наверное, провожу тебя домой и заеду на работу, а по пути прогуляемся.

– Хорошо.

И мы покатили на остановку. Ехали молча. Каждый смотрел невидимый фильм с собой в главной роли. У дома пошли гулять по вишневой аллее. Тут наши руки впервые познали тепло друг друга, а губы потребовали поцелуй.

Скажу откровенно: я не умела и не умею ходить на высоких каблуках. Смотришь рекламу или фильмы, и там все такие высокие, стройные, походка от бедра. А я иду – ноги согнуты, через каждые пять минут (а то и меньше) туфля спадает, нога подворачивается. На мой тридцать пятый размер еще пойди найди удобную обувь (предложение пойти в детский отдел яростно отметается). А эти предупреждения: смотри под ноги, смотри под ноги, так и вываливаются из завалин подсознания. Что смотреть? Я и так знаю, что там: земля, поле, асфальт, лужа. Я привыкла доверять своим ощущениям, а не ходить, уткнувшись мордой вниз.

Ну, естественно, по закону жанра, Катя залезла своей маленькой ножкой в яму и намеревалась уж было лететь два метра по горячему асфальту, как Женя (так зовут моего кавалера) успел схватить меня за руку. Ой, девочки, какие это руки: длинные загорелые пальцы, аккуратный маникюр и просто сводящий с ума мужской парфюм. Кажется, это был «Хьюго Босс». До сих пор, как почувствую этот аромат, непроизвольно поворачиваю голову и проваливаюсь в этот день. Одним движением я оказалась к нему лицом к лицу. И что тут делать? Внутренняя я требует поцелуй, как в кино, а я смотрю в небо и жду, что в итоге произойдет. Пять секунд, как замедленная съемка: он обнимает сзади, другой рукой убирает волосы и самым кончиком губ слегка касается моих, потом еще, но чуть требовательнее, и целует со всей нежностью и желанием одновременно. А потом я чуть с ума не сошла: он надел мне туфельку и понес на руках до подъезда.