– Ты шутишь?
– усмехнулся хромой.
– Тут все со странностями.

– Ну, например, кто-нибудь не прохаживался в плаще?

Бомж сделал задумчивое лицо и проговорил:

– Да, видел?

– Опиши...

– Деньги вперед, - он вытянул руку.

Я полезла в карман:

– Какого он был роста, низкого?

– Да, - закивал бездомный, облизываясь. Глаза загорелись.

– Лжешь, - я вытащила руку и повернулась, чтобы уходить.

– Ну, не видел я никого в плаще, - крикнул хромой.
– Но могу отвезти к другим... только деньги вперед...

Я остановилась. Заманчивое предложение, если учесть, что в кармане пусто, то просто сногсшибательное.

– Сколько?

– Сотня, - выдал бомж.

Не хило.

– Десятки хватит, ты ничего толком не сказал, как могу тебе верить?
– покачала головой.

– Зуб даю, - он открыл рот и показал на кривые пеньки.
– Девяносто.

– Их у тебя уже нет. Пятнадцать, - сложила руки на груди.

– Восемьдесят.

– Шестнадцать, - смотрела равнодушно и с ноткой цинизма. Мне казалось, что он должен вот-вот уступить.

– Шестьдесят и отведу, ко всем кого знаю.

– Семнадцать и мне все не нужны, а лишь те, кто видел человека в плаще.

– Пятьдесят... и я больше не торгуюсь.

– Двадцать и я ухожу домой, - отрезала и развернулась.

– Ладно, - махнул рукой бомж.

Я чуть не подпрыгнула от счастья, теперь нужно было быстро придумать, где взять эту двацатку.

– Жди тут...
– указала я на бездомного.
– Я сейчас.

– Ты куда?
– развел руками хромой.

– За фонариком, - солгала и рванула с места.

– Зачем тебе фонарик?
– поинтересовался бомж, но я уже была далеко, чтобы ответить.

Я придумала, где взять деньги. До дома было далеко, а вот кладбище ближе. Старик Бред не откажет знакомой.

Долго объяснять, для чего именно мне нужны деньги, я не стала. Пообещала занести утром. Брэд, как и я думала, оказался хорошим человеком и без лишних вопросов дал пару купюр и фонарик.

Я вернулась к хромому и отдала половину денег, вторую часть пообещала отдать на месте. Бомж не возражал, он улыбнулся беззубым ртом и указал рукой вперед.

Мы шли молча. Я на полшага отставала.

Когда мы покинула освещенные улицы, я заволновалась и включила фонарик. Я предполагала, что жилье этих людей не находится в элитных кварталах, но все равно было не по себе.

– Выключи, - буркнул бомж.
– Всех собак соберешь.

– Как идти в темноте?
– сглотнула.

– Молча, - недовольно ответил хромой и, повернувшись, схватил за фонарик. Я дернулась и подняла руку. Фонарик не только был осветительным средством, им можно было обороняться, если что.

– Не дам!

– Выключи, - протянул мужчина.

Я посмотрела на бездомного, опасности вроде он никакой не представлял. Помявшись, я кивнула. Свет погас. Перед глазами образовалась кромешная чернота. Словно все покрывала мира окутали воздух вокруг. Рука, в которой был фонарик, задрожала и пальцы потянулись к кнопке.

– Ну, что встала? Идешь?
– услышала я в нескольких шагах и с шумом выдохнула. Я была уверенно, что осталась одна. Просто кроме стука собственного сердца, я ничего не слышала. Шагнула и споткнулась обо что-то.
– Осторожней иди по голосу.
– Предупредил бомж.
– Ты странная.
– Я медленно продолжала путь, следуя по звуку голоса.
– На кладбище ходишь, на мусорках хочешь побывать. Зачем тебе это?

Я промолчала.

Вдалеке показался слабый, дрожащий свет. Скорее всего - это огонь. Он то показывался, то исчезал. Но потом уверенно укоренился на горизонте. Его языки дрожали и наклонялись от ветра.

О том, что мы близко оповещал и запах. Непонятно чего. Просто ужасный и скверный.

– Привет, Бил, - услышала голос из темноты и вздрогнула.
– У нас гости?

Я пыталась всмотреться, но никого не увидела.

– Привет, Дэвид, - ответил хромой. Он не остановился и даже не повернулся.

Мы шли уверенно. Теперь можно было немного рассмотреть дорогу и шагать быстрее, выбирая удобный путь. Я сровнялась с Билом.

– Уже близко, - он указал на пару теней, что возились около огня.
– Они давно тут, если кто видел, то это они.

Мы подошли ближе.

– Это девушка вас искала, - бездомный указал на меня и, развернувшись, протянул руку, ожидая оставшихся денег. Я отдала купюру, бездомный быстро покинул это место.

– Привет, - подняла руку. На меня скептически посмотрели трое бородатых, грязных голов.