Продемонстрировав свою ID-карту и парадную форму, я добился, чтобы меня пропустили в отдел экспертной службы. Там я свалил на стол для вещдоков образцы своих «трофеев» и вежливо попросил проверить, что я такое добыл. На вопрос, что я за «хрен с бугра», я вежливо показал всё ту же ID и документ с полномочиями от адмирала. Эксперты немного сдали назад и в приступе энтузиазма пообещали всё сделать в самое ближайшее время.

Вот теперь мне оставалось только ждать своих друзей и надеяться на скорое завершение этого дела…

Вернувшись домой, я обнаружил записку от Лики. Написано там было, что она благодарит меня за всё, что я для неё сделал, что ей было хорошо, и всё такое… Я усмехнулся и убрал листок бумаги от греха подальше — не думаю, что Карен одобрила бы мои отношения с кем-то ещё. Даже, если отношений, как таковых, и не было. А особенно — если всё было, как сейчас. Я устроил небольшую уборку — правду говорят, что жилище холостяка постепенно скатывается в хаос. Или, в «творческий беспорядок», как говорят сами холостяки. В общем, примерно так через час, мой дом был готов к приёму гостей.

За оставшееся время я успел получить результаты экспертизы (как и предполагалось, вещество, которым убил себя продавец в магазине, было неизвестно экспертам, а образцы анализов, взятые у Барта, поставили всех в тупик), полностью скопировать содержимое компьютера на свою деку (спасибо Демону — его программы с лёгкостью копировали даже защищённые и скрытые файлы), пообещать Задорнсу, что те, кто стоит за смертью Джикса (так звали того летёхи), умрут страшной смертью, ну, и приготовить небольшой обед — для встречи друзей…

И друзья не заставили себя ждать. Первым прилетел Экстремал. Его малый разведшлюп сел аккуратно, показывая отличные пилотские навыки владельца. Молодой человек выскочил из корабля, который он посадил рядом с моим домом, и дружески подал мне руку.

– Рад тебя видеть, Лёха! — с чувством сказал он.

– Я тоже, — сказал я. — Как делищи? Как вообще сам?

– Да нормально, потихоньку. Отдыхать устал уже. А тут как раз ты вызвал. Так что — нормально всё…

– Ну, это здорово. Проходи, обед готов уже. Как раз вовремя, так сказать…

Когда Экстремал зашёл в дом, я забрался в свой шлюп и посмотрел на экран сенсоров раннего обнаружения. В зону действия, явно стараясь быть незаметным, входил ещё один корабль. И я готов был спорить на месячную зарплату, что знаю пилота…

– Салют, Демон! — восторженно крикнул я на весь эфир. — Рад тебя видеть!

– Приветствую друга Алексея, — донеслось в ответ. — Как ты там?

– Да нормально. Экстремал уже дома, тебя дожидается вот…

– Принял. Захожу на посадку. Не дайте обеду остыть…

Вскоре после Демона прибыли и Сапар (который теперь официально носил позывной «Автобан») и Анжела, к которой само собой прилипло прозвище «Ангел». Звучало оно странно, но наши привыкли быстро, а другие… Это их дело. Кстати, Сапар и Анжела прилетели вместе.

Так как Карен немного задерживалась, решили сесть за стол без неё, а потом повторить обед (или ужин). В общем, встреча прошла весело. Рассказывали, кто, где, как и с кем отдыхал. Сапар похвастался тем, что научился хорошо плавать (на той планете, где он вырос, чистой воды было маловато, а времени, чтобы заняться хоть чем-то, ещё меньше). Я предложил ему, пока Демон будет разбираться с компьютером продавца, неплохо провести время на пляже около дома. Сапар согласился. Анжела поддержала эту инициативу. Судя по тому, какими глазами она смотрела на него, я искренне порадовался, что их отношения цветут и пахнут.

Вообще, конечно, прямого запрета на отношения внутри «Призрачных» групп не было. Просто как-то не задумывался никто про такие вещи. С одной стороны, ничего плохого в этом не было — группа — это и так настолько тесное сообщество, что определённые отношения появляются как бы сами собой. Да и найти общий язык парню из группы намного проще с девушкой своего круга, чем с гражданской. С девушками, кстати, дело обстоит так же. Гражданскому парню было бы сложно понять, что это за жизнь такая, когда приходится летать туда-сюда на перехватчиках, стрелять в людей и делать прочие малопонятные для гражданских вещи. Вот и получается, что военные стали своего рода «закрытой кастой». Конечно, попасть к нам может почти любой — но выйти от нас становится практически невозможно. Не могу судить, плохо это, или хорошо. Я сам живу так уже не одну сотню лет — и не могу сказать, что мне это не нравится. И Дана и Карен были профессиональными военными — и это стало одной из причин того, что мы так хорошо ладили. Мы понимали друг друга, нам было о чем поговорить — а в отношениях, я считаю, это главное.

Размышляя о таких вещах, как взаимоотношения среди членов групп, я поддерживал беседу, и, вообще, наслаждался общением с друзьями. И всё было хорошо, ибо пришло сообщение от Карен. Она собиралась прибыть сразу на центральный космодром, мотивируя это тем, что прилетела она на простом рейсовом корабле. Я, разумеется, ответил, что буду её встречать — и всей нашей компанией мы полетели на космодром.

Я вёл аэрокар, предвкушая встречу с любимой девушкой, и то, что у нас ещё будет сегодня ночью. Сапар что-то рассказывал всей честной компании, сидя рядом со мной. Анжела слушала своего парня с искренним удовольствием, Демон вежливо что-то переспрашивал там, где ему было особенно интересно… В общем, нормальная рабочая обстановка…