– Нет. И его незаживающая ключица тому подтверждение.
– Младший попытался воспротивиться, но отец его опередил.
– Три недели и не зажило, опять придется косынку носить. И как вы в Оранте живы остались, одному Богу известно, - шумно выдохнул он, произнося, - за что я каждый день его благодарю. Но… - тяжелый взгляд градоправителя медленно перешел с сына на меня, - более двоих вас я никуда не пущу. Хватит! Безрассудство и геройство, худшее сочетание, так что отныне либо под присмотром, либо по одному.

– По одному так по одному, я согласна, - шагнула к двери.

Но и шага сделать не успела, хозяин дома остановил меня новым сообщением.

– Это касалось Датога. А тебя, дочка, вообще из дома не отпускал бы.
– Посмотрел на удивленную меня тяжелым напряженным взглядом.
– Но раз пообещал, сдержу слово. И могилы родителей посетишь и к дяде с Севуней заглянешь. А Ыго сопровождающим будет. Он беглец. Всю жизнь скрывается, за ним ты не пропадешь.

– За ним - нет, а вот по нему пропадать может, - подал голос рыжий книгочей. И расправив плечи, заявил: - Ариша на вес золота, какой бесек от нее в здравом уме откажется.

– Не посмеет, - отрубил глава семейства.

– Не посмел бы, назови ты ее моей невестой, - парировал младший.

– Датог, мне ли напоминать, что у вас разница в десятку, а все еще спорите, как мальчишки тринадцати лет, - укоризненно покачал головой отец.
– Чей удар лучше, кто быстрее в Черхи доедет и девушку захомутает. Часа не прошло, вы б на нее поспорили...

Младший нахмурился, а Суро уверенным тоном продолжил давить:

– … или на кон поставили. Как в прошлом году горничную, поспорив, кто быстрее через дымоходную трубу на крышу поднимется.

– Я выиграл, и я же ее и предупредил о нашем пари.

– Ты выиграл, потому что Ыго застрял в трубе, - отчеканил мужчина, - а девчонка спаслась, потому что сбежала с приезжими артистами!

Будущий градоправитель Берита скрипнул зубами и сжал кулаки. Едва сдерживаясь, чтобы не заговорить не литературными оборотами. Я сочувственно ему улыбнулась и обратилась к хозяину дома:

– Уверена, он бы меня не только предупредил, но еще бы и выиграл вчистую.

– Я бы не спорил, - младший выдохнул протяжно, поймал и пожал мою ладошку, - на невесту спорить глупо.

– Сейчас вообще спорить глупо, у меня на раздумья целый месяц. Я правильно поняла?
– с вопросом обратилась к Суровому. Он кивнул.
– Вот, - подмигнула книгочею, - я еще и передумать могу… - и уже тихо, - раз десять, а может и одиннадцать.

– Хорошо бы, - согласился хозяин дома, внимательно глядя на меня с Датогом. Мы как стояли рядом держась за руки, так и продолжали.

– Ну, раз так, то… - начал он.

– … мы пойдем?
– завершила я.

– Идите.

Вдвоем синхронно развернулись, вышли и тихо закрыли за собой дверь. Рыжий книгочей смотрел с опасением, я же с прищуром, тихо про себя улыбаясь.

– Что?
– настороженно спросил он.
– Обиделась?

– Нет, заинтересовалась, - заверила чистосердечно и, взяв его за локоть, повела во внутренний двор, на террасу.
– А расскажи, как ты с легендарным пиратом познакомился!

– Ты-то о нем откуда знаешь? Не уж-то его слава добралась до ваших лесов?

– Слава не добралась, а вот травник наш Захар как раз из-за южных морей родом. И там такие легенды… - восхищенно посмотрела вдаль, затем на парня, - расскажи, как встретились, почему отец твой беглеца прикрывает, а ты с ним еще и дружишь?

– Да просто все… - пожал плечами, поморщился: - Я в плен попал…

– Когда? Как?

– Когда белые оборотни отбили наступление Ларвийских войск с севера, и здесь наступила относительная тишина. Мне было тринадцать, и я мечтал воевать, стоя бок о бок с отцом…

– Тебе это удалось?

– Повоевать? Да… хлебнул горя, - парень помотал головой, словно себе самому не веря.
– Подрядился в патруль ближние земли осматривать, и в одну из ночей наша группа столкнулся со степными. Пятерку взрослых те быстро перебили, а новобранцев повязали, как маленьких. Правду сказать, мы и были таковыми: самому младшему тринадцать, самому старшему семнадцать.

Я вздрогнула, он похлопал меня по плечу, приободряя:

– Так бывает на войне, - и с кривой улыбкой заметил.
– А мы расслабились, как же иначе, ведь оборотни за нас! Двуликие бесстрашны и сильны. Проклятый король вот-вот покорит Ларвию! Вот за свою самонадеянность мы и поплатились.

– Так тебе же двадцать пять сейчас, война закончилась двенадцать лет назад, как раз в тот год.

– Война закончилась, а противостояние нет, - он щелкнул меня по носу и помог сесть на лавочку в тени террасы.
– К тому же степные оголодали совсем, хотели заработать, а не просто убить. Поэтому нас семерых и еще двадцать пленников из других поселений переправили к южному морю и продали в первом же порту.