— Чего? — удивилась Тэйра и невольно посмотрела в ту сторону, куда ушел Демиан. — Меня?

— А что в этом такого удивительного?

В ответ Тэйра решила промолчать, так как не хотела пояснять, что она каждое утро видит в зеркале. У этого паладина глаз нет?!

«Есть у него глаза, это у кого-то мозгов нет! — как всегда неожиданно и не к месту вмешалась темная сущность. — А специально для тебя уточняю: причин сомневаться в умственных способностях инквизиторов у меня еще не было!»

«Сама дура! — обиделась образница. — Ты считаешь, что можно вот так просто поверить в симпатию паладина?»

«Ну в симпатию же Идена ты почти поверила».

— Я смотрю, вы все-таки задумались, — тронул девушку за плечо Феликс, заставив вздрогнуть. — Значит, не исключаете возможности связать свою жизнь с инквизитором?

Учитывая принадлежность стоящего рядом мужчины к воинам церкви, выразить категорический отказ Тэйра не решилась. Хотя и согласиться сочла неудобным… Вдруг Феликсу придет в голову поспособствовать устройству личной жизни коллеги? Нет-нет, лишних проблем ей не надо, имеющихся с лихвой хватает. Поэтому девушка прибегла к хитрости.

— Ой, — выдохнула она, словно ее внезапно «озарило», — мы же на работу опоздали! Что будет…

— Ничего, — пожал плечами паладин. — Ты же не прогуляла, не проспала, а выполняла свой гражданский долг и оказывала помощь церкви, я могу подтвердить. Давай по дороге ты еще кого-нибудь попробуешь перекрестить?

— Не надо меня заставлять. Пожалуйста! Хватит на сегодня потрясений.

— Хорошо. Но учти, что я должен сообщить о сегодняшнем случае верховному инквизитору. Если я этого не сделаю, то сделают Демиан или Эльтинор, у нас не принято скрывать важные факты.

Тэйре оставалось только молчаливо согласиться с этим, все равно выхода у нее не оказалось, а посему никуда она не денется. В принципе по просьбе инквизиции она может, если припрет, даже пару дней простоять где-нибудь на перекрестке, крестя прохожих. Ей это не повредит, хотя и удовольствия не доставит из-за того, что придется тесно сотрудничать с воинами церкви. Уж очень страшила возможность разоблачения, не замечала она за собой стремления к авантюризму или открытому бунту. Девушке и того экзорцизма, который она наблюдала сегодня, хватило!

Неожиданно Феликс широко зевнул и тут же попытался оправдаться:

— Устал, полночи гонялся за какими-то воришками. То ли маги, то ли нечисть, то ли рисковым людям из отрядов ночных охотников что-то понадобилось в нашем архиве. Я там неподалеку… случайно оказался. Надеюсь, больше этой ночью никаких серьезных происшествий не случилось, сил нет разбираться.

— Поймали? — не удержалась от вопроса Тэйра, припомнив щуплого человека, у которого отобрала документ.

— К сожалению, оба удрали, — без всяких оправданий сообщил инквизитор, и девушке понравилось, что он не стал бахвалиться, сваливать на кого-то вину, описывать красочную погоню и выставлять себя героем, которому лишь случайное стечение обстоятельств не позволило поймать преступников.

Дальше до департамента они шли молча, каждый думал о чем-то своем и периодически зевал. Уже перед самым зданием Тэйре вдруг пришло в голову, что раньше подобный мрачный инквизитор под боком заставил бы ее хорошенько понервничать, а теперь… Она в состоянии просто не обращать на него внимания! Наверное, не зря говорят, что человек ко всему привыкает. Этак вскоре она не хуже Идена начнет огрызаться на каждое не понравившееся слово!

В холле оба вяло поздоровались с Хоком и его напарником, которые дежурили в дневную смену, и Тэйре представился случай второй раз понаблюдать за подъемом шлагбаума. Персонально ей такой чести не предоставляли — вечно она нагибалась и ныряла. Но ради инквизитора один из дежурных подскочил с места и кинулся крутить ручку, словно это привычное дело! Да, похоже, механизм еще не заржавел только благодаря троим — главному начальнику департамента, Феликсу и Ариане.

Образница думала, что вся группа ждет ее и в нетерпении и недоумении, к которым, возможно, подмешивается негодование, поглядывает на дверь и на часы. Ведь даже если ее не корят за банальное опоздание, то стопроцентно должны переживать, не добралась ли до коллеги одержимая. Но Тэйра ошибалась! Всем четверым было вовсе не до нее, так как сыскарей с самого начала рабочего дня «развлекал» Алор ин Сентор. Правда, радости от этого на обращенных к паладину лицах почему-то не наблюдалось. Кара безразлично зевала, сидя за своим столом, и машинально выводила на бумаге какой-то замысловатый узор, напоминающий структуру заклинания. Эстер гипнотизировала чашку жаждущим взглядом, но не решалась начать чаепитие в присутствии опасного жалобщика, добивающегося от них быстрого исполнения обязательств. А Ариана и Иден, сдвинув стулья, сплотились и сообща отбивали словесные атаки.

— Вы должны найти преступников! — напористо требовал Алор ин Сентор. — Только подумайте — они вломились в архив! Там на дверях такие заклинания, что не каждый из своих мог беспрепятственно войти! Разрешение на вход имелось только у шестерых переписчиков, у главного архивариуса и троих паладинов. Итого — десять.

— Это не наше дело, подавайте заявление с жалобой нашему начальству, — отказался брать на себя ответственность Иден.

— Уже, — хитро прищурившись, провозгласил пожилой паладин и достал из рукава чуть помятый лист бумаги, свернутый вчетверо. — Вот тут имеется подпись, — протянул он документ сыскарю. — Или вы хотите обвинить меня во лжи? К чему бы мне это делать?