Болезненно проявлялись и неоднократно происходившие случаи бракования деталей главных машин (в четырех крупных отливках обнаружились трещины) и броневых плит, заказ которых был распределен между пятью заводами во Франции. А когда капитану Н.М. Родзевичу — приемщику МТК — пришлось забраковать партию плит завода Крезо (содержание серы и фосфора в отливках превышало пределы, установленные МТК) И.К. Григорович увидел в этом опасность для постройки

броненосца. Задержка поставки плит могла дать повод заводу "Форж и Шантье" удлинения срока строительства и заставила бы для восполнения своих убытков "начать экономить нам во вред".

С необъяснимой задержкой — только в декабре 1901 г. — выяснилось, что уже изготовленные и частью установленные трапы, выполненные по образцам французского флота, не соответствуют требованиям МТК. Трапы пришлось изготовить заново по чертежам, утвержденным для крейсера "Варяг". 29 ноября 1901 г. корабль ввели в док для очистки и окраски изрядно обросшей водорослями и ракушками подводной части. По предложению военно-морского атташе лейтенанта Г.А. Епанчина для опыта (в контракте вид окраски не оговаривался) прокрасили две полосы с каждого борта краской патента "Националь", чтобы сравнить с обычной.

Одновременно по мере испытания стрельбой партии броневых плит, их готовили к установке на корабль. Оказалось, что из всех 12 партий плит бортовой и башенной брони четыре не выдержали испытаний стрельбой (на полигоне в Гавре) и были изготовлены заново. Отговорки французов, что для испытаний применялись слишком тяжелые снаряды, были отклонены — снаряды соответствовали тем же техническим условиям МТК, на основании которых испытывались в России плиты Ижорского завода.

Левую машину, обещанную в сентябре, доставили в декабре, а правую, приготовив в январе 1902 г., обещали доставить только осенью. Из-за грубых дефектов пришлось последовательно забраковать семь из восьми крышек для паровых цилиндров. Завод, понятно, возражал, считая дефекты несущественными. Дело передали на рассмотрение МТК.

Планы завода начать испытания в августе 1902 г. явно срывались. Спеша наверстать упущенное, он с января 1902 г. развернул монтажные работы по всем частям вооружения, устройств, систем и механизмов. В числе этих работ были устройства подачи и хранения боеприпасов во всех 27 погребах, рельсовые пути и элеваторы подачи, угольные ямы и горловины для погрузки в них угля, рубашки под броню вращающихся частей башен. У четырех башен 152-мм орудий смонтировали гидравлические приводы их вращения, собрали нории. Обтачивали платформы (столы) для станков 152-мм орудий, устанавливали клинкеты подводных минных аппаратов, сверлили в ахтерштевне отверстие в его приливе для установки носового надводного аппарата (один из стойких анахронизмов того времени).

В течение месяца установили все полученные к тому времени 36 плит бортовой брони, подогнали две оставшиеся. В Марселе готовили к отправке правую машину. Для проверки подшипников и линии вала уложили на место коленчатые валы. Общая готовность корабля оценивалась в 80 %.

В марте 1902 г. закончили укладку деревянного настила поверх стальной верхней палубы (тоже анахронизм, продиктованный заботами о щеголеватости внешнего вида) и начали ее конопатку. От предлагавшегося покрытия линолеумом (опыты с заменителями дерева проделывались тогда на всех флотах мира) отказались из-за его быстрого износа. Установили значительную часть вспомогательных механизмов, включая трюмные водоотливные центробежные насосы ("тюрбины"), "охладительную машину Холла", рефрижераторные насосы, носовой и кормовой шпили. Продолжали электропроводку. Загрузили рулевую машину, начали прокладку пожарной системы осушения и затопления погребов.

Вслед за фок-мачтой установили грот-мачту и нижние части дымовых труб. Заканчивали сборку механизмов вращения башен, обточку погонов носовой 305-мм башни. Начали ставить броню неподвижных частей башен 152-мм орудий. На берегу собирали боевые марсы. Порожденный давно исчерпавшим себя опытом Трафальгарского (1805) и Лисского (1866) сражений, эти сооружения отличались характерными для французского флота особо циклопическими размерами. Марсы "Цесаревича" стали в русском флоте последним отживающими конструктивными решениями уходящего века.

Две из четырех партий башенной брони испытаний на полигоне не выдержали. Сен-Шамонский завод предлагал плиты этой партии принять по соответственно уменьшенной стоимости. Завод Крезо выжидал решения МТК. И.К. Григорович считал, что 3-месячный срок, требующийся для переделки партии и не повлияет на готовность броненосца и предлагал МТК "ни на какие комбинации не соглашаться". Плиты МТК предписал переделать. Все лето продолжалось интенсивное насыщение корабля бесчисленным количеством предметов оборудования, вооружения, систем, устройств и механизмов.

Вслед за установкой стальных каютных выгородок начали отделку кают и оклеивание линолеумом внутренней стальной обшивки. Собирали уже погруженные на свое место детали левой главной машины и четыре динамо-машины. Продолжали грузить детали правой главной машины. Начали установку 14 кормовых плит пояса последней (из 12) партий брони. Готовили к монтажу на корабле заказанные во Франции и уже принятые установки 75-мм орудий.

В июле 1902 г. в две законченные сборкой носовые башни установили 152-мм пушки и наложили крыши. Установили подачные трубы башен 305-мм орудий. Броню подачных труб кормовых башен 152-мм орудий крепили к их внутренним рубашкам. Начали установку верхнего ряда (14 плит) кормовой бортовой брони. Почти полностью готовые главные механизмы уже собирались через месяц испытывать на швартовах, а заводские испытания рассчитывали начать в октябре 1902 г. В августе завершили сборку большей части башен и только для 305-мм продолжали подгонять на берегу броню вращающихся частей. Задерживалось получение из России проводов телефонной системы Колбасьева (им тогда доверяли больше, чем заграничным) и соединительных коробок (также отечественной системы) ПУАО.