— А где Молли? — спросил он.

— Не знаю, — ответила Аманда, и Дэвид заметил, что лицо ее приобрело обычное непроницаемое выражение. — Сидит где-нибудь и дуется на меня. Просто мы немного повздорили по дороге.

Дэвид с трудом удержался, чтобы не спросить: «О чем?» — он был почти уверен, что услышит в ответ: «Не твое дело». Однако Аманда избавила его от душевных терзаний — ей самой хотелось развить тему.

— Ну, самое главное то, — начала она, — что мама терпеть не может Лею, а Лея — моя лучшая подруга. Во всяком случае, маме определенно не нравится наша дружба. Мы с Леей дружим уже два года, с того дня, когда родители развелись. Тогда Молли вместе со мной переехала в тот дом, где живет Лея. Так мы познакомились. Но мама никогда не одобряла нашу дружбу.

— Почему? — спросил Дэвид.

— Кто ж ее разберет, — пробормотала Аманда.

Они уже спустились с крыльца, и девочка принялась сортировать лежащие на дорожке вещи. Дэвиду, естественно, достались все коробки с книгами.

— Мама никогда не признается, что ненавидит Лею. Она просто твердит, что Лея старше меня, что она слишком уж увлекается сверхъестественным, ну и тому подобное. А еще Молли не нравится, что Лея никогда с ней не разговаривает.

— Она никогда не разговаривает с твоей мамой? — спросил Дэвид. — А почему?

— Да тут нет ничего личного, я пыталась маме это объяснить. Просто Лее не нравится общаться со взрослыми. Она и со своей мамой не разговаривает.

На какое-то время Дэвид почти выпал из разговора, потому что пытался представить себе, что же это за девочка, которая никогда не разговаривает со своей мамой. Аманда тем временем продолжала:

— В общем, мама очень рассердилась из-за того, что отец позволил мне приехать на день раньше и переночевать у Леи. Она сказала, что волновалась, как это я летела в самолете одна, а потом еще и такси сама заказала. Но это же просто глупо — у папы я всегда езжу на такси одна, уже сто раз так делала. К тому же все равно пришлось бы заезжать к Лее — у нее осталась куча моих вещей.

— Ага, я вчера слышал, как Молли говорила, что ей нужно будет по дороге из аэропорта забрать у кого-то твои вещи, — заметил Дэвид.

— Ну да, но это же всего на несколько минут. Я бы просто не успела даже нормально поговорить с Леей. Поэтому мы с папой немножко поменяли планы.

Дэвид кивнул.

— Но в основном мы спорили совсем о другом, — продолжала Аманда. — Больше всего маму напрягает моя одежда. Она не хочет, чтобы я надевала этот оккультный костюм.

— Ей не нравится, как ты одета?

— Ну, обычно она не особо ко мне цепляется. Но сегодня ее словно муха какая-то укусила. Типа, я приехала сюда в первый раз, новая семья и все такое. Мама почему-то считает, что я вас всех, особенно малышей, до смерти напугаю.

— Да ничего тут нет пугающего, тем более до смерти, — буркнул Дэвид.

— Ну разумеется, нет! — Аманда фыркнула. — Но больше всего бесит, что ей совершенно все равно, как это важно для меня — надеть оккультный костюм именно сегодня, в очень важный в магическом смысле день. Лея узнала об этом вчера вечером, когда проводила ритуал поиска правильного времени для контакта с духами рода. Мы выяснили, что сегодня мне нужно носить ритуальное облачение и соблюдать все необходимые обряды, иначе я, быть может, уже никогда не смогу установить контакт с Ролором.

Дэвид открыл было рот, чтобы задать вопрос, но Аманда опередила его:

— Ролор — имя духа моего рода. Это слово силы из старинного магического заклинания для ворон.

— То есть ворону зовут Ролор?

— Ага. Но пока я ее так не называла. Жду, когда смогу установить с ней контакт.

— Уверен, что когда она тебя цапала, ты ее еще и не так называла, — негромко заметил Дэвид.

Тем временем Эстер наконец-то добралась до дорожки, и дети занялись распределением очередной партии вещей. Дэвиду торжественно вручили вторую коробку с книгами, Аманда взяла чемодан и маленькую клетку. Ничего легкого не нашлось, так что Эстер достались две книги из коробки Дэвида. Это оказалось очень кстати: вторая коробка была куда тяжелее первой.

Поднявшись по лестнице, Дэвид увидел Блэра и Джени. Младшие неспешно фланировали по коридору, пока на глаза Джени не попалась «новая сестра». Малышка вся буквально засветилась, как лампочка, и, уцепив Блэра за руку, нырнула в комнату Аманды. Когда они дотащились до двери, Джени уже изнывала от нетерпения.

— Привет, — затараторила она. — А я знаю, кто ты. Меня зовут Джени Виктория Стэнли, мне шесть лет, но я взрослая не по возрасту. А ты Аманда Рэндалл, тебе двенадцать лет, и Молли — твоя мама, поэтому теперь ты наша сестра, и…

— Замолчи, Джени, — сказал Дэвид. Это подействовало — ох, надолго ли?

Аманда повернулась к мальчику со своим фирменным невозмутимым взглядом, от которого ему опять стало неловко. Как же ей удается изображать на лице такую скуку и отвращение одновременно, не пошевелив при этом ни единым мускулом?

— Ну и что это за говорящая кукла? — процедила она.

Дэвид поморщился. Джени выглядела младше своего возраста, и мордашка ее действительно напоминала румяное личико фарфоровой куклы — ямочки на щечках, круглые голубые глаза, длинные загнутые ресницы. Хотя Аманда, без сомнения, заметила и другое: Джени была умнее, говорила громче и вообще умудрялась надоедать куда быстрее большинства ее сверстниц. Мальчик не сомневался, что сводная сестра ничего из виду не упустила, и оказался прав.