МИНИСТР. Леди и джентльмены, пришел момент, когда миф становится реальностью: заключенный номер 655321 перед вами. (Показывает па стоящего в глубине сцепы АЛЕКА.)Судите сами, он совершенно здоров и не находится под воздействием наркотиков или гипноза. Завтра мы распахнем перед ним двери в этот прекрасный мир, и он войдет в него преображенный, кроткий как агнец. Узнает ли сейчас кто-нибудь в нем отпетого бандита, приговоренного к 14 годам лишения свободы? Он успел отбыть часть срока, но изменился ли он за это время? Нет! Впрочем, изменился — к худшему. Тюрьма научила его лицемерию и обману, не говоря уж о прочих пороках. Правительство, от имени которого я сейчас выступаю, пообещало восстановить закон и порядок, чтобы миролюбивые граждане не боялись выйти на улицу. Пора выполнить это обещание. Сегодня исторический день, дамы и господа. Пройдет немного времени, и мы выставим все виды насилия в кунсткамере, как зуб мамонта. Но довольно слов. Пусть дела говорят сами за себя. Мистер Джонс, прошу вас. (Садится.)

Из кулисы выходит МУЖЧИНА и направляется к Алеку.

ДЖОНС. Здорово. Ты что, месяц не мылся? Ну и вонища.

АЛИК. Зачем ты так, брат мой. Я утром был в душе.

ДЖОНС. Так я, по–твоему, вру?

АЛЕК. Я ничего такого не сказал.

ДЖОНС. Ага, ты меня, значит, за идиота считаешь! (Бьет его по лицу.)

АЛЕК. За что? Ведь я тебе ничего плохого не сделал, брат.

ДЖОНС. Ах, не сделал! Зато я сделаю. Вот так. (Бьет.)И так. (Бьет.)И так. (Валит на пол, бьет.)Ты мне не нравишься, понял? А если тебе охота кулаками помахать, то валяй. Ну?

АЛЕК. Мне плохо, мне плохо, дайте, я встану…

ДЖОНС. Сначала тебе придется кое-что сделать. Видишь это? (Сует ему в нос ботинок.)Лижи! Ну! (АЛЕК подчиняется, на глазах слезы.)

МИНИСТР. Довольно, мистер Джонс. Благодарим вас.

ДЖОНС раскланивается и уходит. МИНИСТР поднимается на сцену.

МИНИСТР. Ну, как ты себя чувствуешь, Алек?

АЛЕК (с трудом садится).Нормально, сэр.

МИНИСТР. Что ж, я очень рад.

АЛЕК. Я не подвел вас, сэр?

МИНИСТР. Напротив, друг мой.

АЛЕК (всматривается в его лицо).Сэр, я не мог вас видеть раньше?

МИНИСТР. Ну, разумеется. В любой газете. (В зал.)Итак, леди и джентльмены. Парадоксальность нового метода лечения состоит в том, что чем больше преступник замышляет зло, тем вернее он приходит к идее добра. Всякая мысль о насилии отзывается сильнейшим протестом всего организма, и это вынуждает человека к обратным действиям. Вопросы?

КАПЕЛЛАН. Выбор! (Поднимается на сцену.)У него нет выбора, не так ли? Страх физической боли заставил его пойти на неслыханное унижение. В самом деле, не станете же вы, господин министр, утверждать, что лизание чужого ботинка есть акт человеколюбия. Да, он не способен творить зло, но значит ли это, что он желает творить добро?

МИНИСТР. Это уже нюансы, падре. Сейчас мы оставляем в стороне мотивы, а тем более вопросы высшей этики. Покончить с преступностью — вот что главное. Любой ценой! Мы свое дело сделали, святой отец, теперь черед церкви. Не сомневаюсь, что наш юный друг (кладет руку на плечо Алека)со временем станет образцовым христианином. (АЛЕК широко улыбается.)Его ударят по правой щеке — он подставит левую. Он скорее даст себя распять, нежели допустит мысль о том, чтобы распять другого. Скажу вам больше, святой отец: если вы вздумаете в его присутствии прихлопнуть муху, он, ей–богу, донесет на вас, как на убийцу. (Смех в зале.)Встань, мой мальчик. Позволь мне по–отечески обнять блудного сына, который после долгих скитаний возвратился в лоно семьи.

Аплодисменты в зале. Вспыхивают блицы. Затемнение.

День. АЛЕК вернулся домой. Подбирает в прихожей утреннюю газету,

читает вслух.

АЛЕК. «Бывший убийца возвращен обществу». «Найдена вакцина от вирусов насилия!»

В гостиной ПА, МА и некий молодой человек по имени ДЖО. Сидят за чаем. Входит АЛЕК.

ПА. Алек?

АЛЕК. Привет честной компании.

МА. Сынок, ты?!

АЛЕК. А ты, ма, в полном ажуре. Ну, как вы тут?

ПА. Вот так неожиданность.

МА. Надо было предупредить нас заранее, мы бы… во всяком случае…

АЛЕК. Решил, пусть будет маленький сюрприз.

ПА. Да, конечно… но…

МА. Мы буквально пять минут назад прочитали в утренней газете…

ПА. Вот именно. Так что зря ты нас не предупредил. Вообще-то мы, конечно,

рады, что тебя, э–э, вылечили.

АЛЕК. От и до. Они со мной здорово повозились, па. А у вас, я вижу, все по–старому? (Наклоняется к отцу.}Слушай, что это там за хмырь на диване? Жрет тосты, как не в себя.

ПА. Это Джо. Он… э–э… живет у нас. Квартирант. Мы ему сдали… твою комнату.

АЛЕК. Ага. Как поживаешь, Джо? Комнатка-то ничего, не жалуешься?

ДЖО (встает).Я наслышан о твоих подвигах. Вернулся, значит? Давно не мучал своих несчастных родителей? Так вот, я заменил им сына и никому в обиду их не дам.

АЛЕК замахивается для удара.

МА. Джо!!

ПА. Не надо, мальчики!

АЛЕК бьется на полу в конвульсиях.

ДЖО. Рот прикрой, а то смотреть противно.