Винни сбавил ход и вдохнул весну полной грудью. Дальше он шел, уже не торопясь, с удовольствием разглядывая знакомые дома, которые даже спустя многие годы не переставали поражать его, как не переставал поражать его и весь город. Винни не знал, какими были древние города людей, но Витано был поистине грандиозен. Город, не имея возможности расти вширь, с годами все глубже врастал в землю и устремлялся ввысь. Недра под городом были изрыты многоярусными тоннелями. Узкие улочки проваливались между высокими, в два десятка этажей, а то и выше, домами. На чем держались эти дома, если под ними год от года появлялись все более глубокие уровни тоннелей, а сами они становились все выше и тяжелее, Винни не знал, но искренне преклонялся перед гением витановских архитекторов и инженеров. Митрик же был уверен, что здесь не обошлось без магии. Может и так, да только узнать об этом достоверно все равно не представлялось возможным. Разве что судьба вдруг улыбнулась бы, и Митрик с Винни попали в ученики к магам. Но это не светило ни одному, ни другому. Так нечего и голову ломать.

Улочка круто повернула, и колодец между высокими домами стал заметно шире. Площадь перед Академией — безусловная роскошь для Витано, как и само здание Академии всего в семь этажей высотой. Но за все время существования города на эту площадь, как и на две другие — перед зданием Совета и перед оплотом магов — никто не покусился.

Винни посмотрел на огромные часы, украшающие вход в храм знаний и улыбнулся приятелю:

— У нас еще пять минут. А кто-то говорил: «Не успеем».

Декан, тощий и длинный, телосложением напоминал жердь из деревенского забора. Вид он имел всегда хмурый и сосредоточенный, будто знал что-то такое, что было недоступно оболтусам вокруг. Знал и думал об этом денно и нощно, а оболтусы то и дело отвлекали от дум, чем жутко раздражали.

Господин Урвалл, так его звали, читал студентам Академии историю Витано и основы его социального и политического устройства. Предметы казались Винни интересными, но манера подачи материала вызывала лишь дремоту и скуку. Декан ходил между столами, отщелкивая длинными ногами шаги с неумолимостью секундной стрелки. При этом словно поклевывал длинным носом. Казалось, чуть резче шагнет — и стукнет своим шнобелем в затылок сидящего рядом студента. Знания господин Урвалл вдалбливал примерно так же — с безразличием и монотонностью метронома. Потому интересные, казалось бы, вещи приходилось не понимать и запоминать, а записывать и зазубривать.

— Если мне не изменяет память, — шаг за шагом и слово за словом отщелкивал господин декан. — Две недели назад мы говорили с вами о Пустоши. Что есть Пустошь? Господин Спум?

Эрик Спум вскочил из-за парты, словно ему всадили в седалище что-то острое.

— Пустошью называют территории, непригодные для проживания людей и кишащие чудовищами. Никто из жителей Витано не знает, где и как появилась Пустошь, но достоверно известно, что появившись, она быстро поглотила окружающие земли, уничтожив все живое. Маги не смогли справиться с Пустошью, потому они оградили Витано барьером. Хвала непревзойденным умам и долгая лета великим магам.

Оттарабанив все это на одном дыхании, Эрик споткнулся и умолк, судорожно сглатывая. Выражение на его лице было растерянным и напряженным — он явно пытался сообразить: не упустил ли какой-то важной детали в своем ответе.

— Достаточно, — снизошел Урвалл. — Итак, в условиях, когда Пустошь постоянно представляет реальную угрозу, а все ресурсы ограничены, горожанам приходиться следовать списку строгих правил и законов, которые регулируют каждую сторону их жизни. Этот свод правил называется… Господин Франн?

Взгляд декана уперся в Митрика. Тот неохотно повернулся, но вставать не стал.

— Кодекс Жизни, — небрежно отозвался он.

— Правильно, — кивнул декан. — Кодекс Жизни — священная книга, составленная еще первыми магами Гильдии. Уже тогда маги понимали всю отчаянность положения Витано и потому сделали все, чтобы город смог выжить. Когда же стало понятно, что Пустошь остановлена, а непосредственная угроза вторжения миновала, Гильдия решила отойти от общественной жизни и сосредоточиться на изучении магии и волшебства в надежде отыскать способ победы над Пустошью. Себе на замену Гильдия учредила… Господин Бирк, что учредила Гильдия?

С заднего ряда встал светловолосый юноша с белой, как мел, кожей. Он робко огляделся и замер.

— Итак, Господин Бирк, я жду, — протянул декан, когда пауза слишком затянулась.

Молодой человек сглотнул и робко застонал, чем вызвал волну смеха. Урвалл позволил хохоту прокатиться по залу, после чего поднял руку и окинул взглядом учащихся. Тишина вернулась.

— Господин Бирк, попрошу ответить.

Юноша, теперь уже с лицом отчаянно красного цвета, собрался и выдавил:

— Верховный Совет.

— И что же такое Верховный Совет? — не унимался декан.

— Это орган власти, который занимается управлением города и контролирует соблюдение Кодекса, — промямлил Бирк.

— Правильно, но не полно, — покачал головой декан, — Совет также утверждает новые законы, выбирает следопытов, защищает стены города и распределяет продукты среди нуждающихся горожан. Совет состоит из сорока человек, чьи должности передаются по наследству. Новый член совета может быть выбран, только если ушедший не имеет наследника…