Лю и Линда бежали легко, словно проходили этот маршрут не раз. Я, конечно, дышал как паровоз и топал как слон, но держался. Всё-таки вся эта беготня в оранжевом мире и тренировки Учителя даром не прошли.

Перед очередным поворотом Лю подался назад.

— У лифта охрана.

Треск очереди и хлопок.

— Всё, кончился наш глаз. Линда, другой маршрут. Бегом! Нас заметили.

Мы добежали до какого-то отворота.

— Стоп, — сказала Линда и, выхватив из кобуры пистолет, встала на одно колено.

Из-за поворота с тихим жужжанием вылетела небольшая сфера и зависла, вращаясь на месте. Линда вскочила, стремительными шагами подбежала к сфере, встала и выстрелила в упор.

Ганг! И сфера, крутнувшись в воздухе, ударилась о стену и упала.

— Всё, — сказала Линда.

И мы нырнули в отворот.

XVIII

— Здесь, — Линда остановилась перед дверью с табличкой «1407». Мимо скольких дверей мы прошли, но с табличкой — эта была первая. А может, мне просто кажется?

— А там пусто? Где вообще все люди? — спросил я.

— Время полдесятого, — Лю был саркастичен.

Ага, подумал я, в хлевах стада, свободны мы…

— Но ты прав, кое-какие меры мы предпримем, — Лю вытащил из нагрудного кармана какой-то шарик и сильно сжал его в правой руке. — Уткнись в стену и закрой глаза.

Я увидел, как Линда плотно зажмурилась и прислонилось лбом к стене. Тогда я тоже закрыл глаза и уткнулся в стену. Услышал, как скрипнула и тут же хлопнула дверь. И тут ярко и беззвучно дало по глазам.

— Заходим, — сказала Линда.

Я открыл глаза. На стене передо мной плясали разноцветные лоскутья. Я шагнул в дверь следом за своими наёмниками, часто моргая — лоскутья всё дрыгались перед глазами.

— Пусто, — сказала Линда. — Только зря флэшку истратил.

Небольшое офисное помещение.

— Что-то легко всё у нас получается, — пробормотал я.

— Не вижу отклонений, — откликнулась Линда.

— За последние сто лет ты первый, кому надо попасть в Дом Дракона незаконно, — сказал Лю. — А может быть, и вообще самый первый.

— Да и что здесь брать, — закончила Линда.

Лю подошёл к окну, за которым сверкал огнями ночной город, открыл раму и, высунув голову, посмотрел наверх.

— Сработает, — пробормотал он, затем присел на подоконник, снял рюкзак, и вынул оттуда три свернутые веревки. Затем, аккуратно раскачивая, словно вабассо, забросил наверх один за другим концы верёвок, на которых обнаружились металлические шарики. Подергал каждую из верёвок, проверяя — прочно ли, и обмотал одну из них вокруг правой руки.

— Смотри внимательно. Когда я скажу «Хоп», прыгай вперёд. Иначе голову повредишь, — сказав так, Линда вынула из рюкзака небольшой стерженёк.

— Ставь на десять миллидрейков, — сказал Лю.

Линда что-то сделала со стерженьком.

— Готов, милый? — спросила она.

Лю кивнул.

— Хоп! — и Линда ткнула стерженьком в верёвку, как раз в тот момент, когда Лю прыгнул с подоконника в открытое окно. За верёвку словно кто-то с силой дёрнул, и Лю по широкому полуокружью взлетел куда-то вверх.

— Что это было? — сказать, что я был ошарашен — значит, ничего не сказать.

— Сжаты, — сказала Линда. — Хватайся и обмотай вокруг руки, а то не удержишь. Возьмись другой рукой. Готов?

Я кивнул.

— Хоп! — я оттолкнулся своей левой толчковой, и тут меня сильно дернуло за правую руку. Ощущение было — кто-то рывком попытался выдернуть мне руку из сустава. Мелькнули перед глазами огни небоскрёбов, тусклые звёзды, я на кого-то упал, и этот кто-то, схватив за подмышки, потащил меня в сторону. Через мгновение туда, где мы только что были, приземлилась Линда.

На ноги. И чётко завалилась на бок.

— Ты как? — Лю по-прежнему держал меня за подмышки.

— Нормально, — я подвигал правой рукой; в плечевом суставе ныло, но терпимо.

— Тогда вперёд, — и мы, пригибаясь, побежали на крыше.

Роскошная была, доложу вам, крыша. Метров двести в длину и семьдесят в ширину. С большим подсвеченным бассейном, с легкой постройкой рядом, с посадочной площадкой для геликоптеров, и чем-то вроде сада камней.

Метрах в пятидесяти на крыше вокруг нашего чадящего геликоптера суетились какие-то люди.