— И вы что же, не видели и не слышали, как они это сделали?

Элоиза выразительно посмотрела на него.

— Ах да, простите… — смутился Филипп. — Я и забыл, что вы в тот момент, должно быть, принимали ванну.

— Вы хотите сказать, — взгляд Элоизы был убийственным, — что я сама виновата, раз не видела и не слышала?

— Разумеется, нет, — заторопился он так, словно она и впрямь собиралась его убить, и жизнь его зависела от скорости ответа. — Не смею вас задерживать — понимаю, что вам надо переодеться.

Элоиза молчала.

— Так я могу рассчитывать на вашу компанию за ужином? — напрямую задал Филипп вопрос, волновавший его сейчас больше всего.

Элоиза рассеянно кивнула — в данный момент ее, очевидно, заботило исключительно то, как ей очиститься от муки, постаравшись не очень перепачкать все вокруг. Тем не менее, Филипп был рад и этому едва заметному кивку — он вселял в него надежду, что Элоиза, по крайней мере, не собирается тотчас же покинуть его дом.

— Я велю кухарке позаботиться о том, чтобы ужин не остыл, — пообещал он. — А сам я займусь тем, чтобы дети получили по заслугам.

Филипп повернулся, чтобы идти, но тут в спину ему прозвучали слова Элоизы:

— Прошу вас предоставить это мне, сэр Филипп.

Он резко обернулся.

— Что именно вы собираетесь с ними сделать?

— Не беспокойтесь, — усмехнулась она, — бить не буду!

Филипп никогда не верил, что он, сэр Крейн, способен испугаться женщины, но взгляд Элоизы заставил его поежиться. В этом взгляде было что-то демоническое.

— Мисс Бриджертон! — Филипп попытался взять себя в руки, причем почти в буквальном смысле: он скрестил руки на груди. — Я полагаю, что как отец я имею право, точнее, обязан знать, что вы собираетесь сделать с моими детьми.

— У меня есть несколько вариантов, но я еще пока не знаю, на каком из них остановить свой выбор.

— Смею я хотя бы надеяться, — мрачно усмехнулся он, — что вы оставите их в живых?

— Уверяю вас, сэр, — в тон ему ответила Элоиза, — они останутся не только живы, но и без малейшей царапинки.

С минуту Филипп неподвижно смотрел на нее, но затем его губы медленно растянулись в удовлетворенной улыбке. Он был уверен, что детей следует наказать — хотя ни в коем случае не физически — и что мисс Бриджертон сумеет-таки изобрести именно тот вид мщения, который послужит близнецам уроком — то, чего долгие годы тщетно добивался Филипп. Разумеется, женщина, у которой хотя и нет своих детей, но имеется куча племянников, сумеет это сделать самым искусным способом. Филипп уже был почти рад, что его отпрыски устроили с мисс Бриджертон эту коварную шутку, которая, если даст Бог, обернется в конечном счете против них же самих. Как говорится, нет худа без добра.

Оглушительный визг Аманды раздался как раз в тот момент, когда Филипп и Элоиза приступили к ужину.

От неожиданности Филипп уронил ложку прямо в тарелку с черепаховым супом. Элоиза же выглядела спокойной, если не считать небольшого тревожного румянца на щеках.

Как ни в чем не бывало она отправила ложку с супом в рот.

— Ничего страшного с ней не произошло! — уверила она Филиппа, вытирая губы салфеткой.

Филипп приподнялся.

— Может быть, мне следует… — начал он.

— Я подложила ей рыбу в кровать, — заявила Элоиза, пытаясь скрыть улыбку.

— Рыбу? — Удивлению Филиппа не было предела.

— Да. Довольно крупную.

Филипп закашлялся — воображение мигом нарисовало ему нечто никак не меньшее акулы.

— М-м-м… — пробормотал он, — позвольте полюбопытствовать, а где вы взяли эту рыбу, Элоиза?

— У миссис Смит, — произнесла она столь прозаично, словно кухарка Филиппа снабжала ее рыбой уже который год.

Филипп снова опустился на стул, убедив себя, что не стоит все бросать и бежать на помощь Аманде, хотя поначалу у него было именно такое желание — малышка кричала, словно ее резали.

Однако Аманда вполне заслуживала этого после того, что она и ее брат так скверно поступили с мисс Бриджертон. Заставив себя успокоиться, Филипп зачерпнул ложку супа, но вдруг замер и поднял глаза на Элоизу.

— А что вы подложили Оливеру? — спросил он.

— Ничего.

В глазах Филиппа был вопрос.

— Это заставит его быть в напряжении — все время ждать, когда же я что-нибудь ему подсуну, — объяснила Элоиза.

Филипп посмотрел на нее, не скрывая своего восхищения и в очередной раз убеждаясь, что его гостья весьма неглупа.

— Будьте готовы, Элоиза, — предупредил он ее, — что они непременно постараются отомстить вам.

— Я буду начеку, — откликнулась Элоиза таким тоном, словно это ее мало волновало.

Неожиданно она посмотрела Филиппу прямо в глаза, так что тому стало не по себе.

— Я полагаю, — проговорила Элоиза, — что вашим детям известно, с какой целью вы пригласили меня в свой дом?

— Я никогда не говорил им ни о чем подобном.

— Я так и думала, что вы не станете с ними об этом говорить! — пробормотала она.