Девушки замолчали, осмысливая сказанное. Вот и ещё один момент для них. Думайте, красавицы, на что подписываетесь. Единственный человек, который не станет колебаться ни на секунду — Нина. Она своё решение уже давно озвучила и теперь только ждёт момента, когда сможет закрепить его самым приятным для обоих способом. Ох, чую, недолго осталось… разорвёт Захарьина меня на клочки в порыве сближения и страсти.

Раздался стук, и Никанор, не заходя в комнату, просунул голову в дверь:

— Андрей Георгиевич, транспорт подготовлен, можно ехать.

Мы вышли на улицу, и я по традиции сначала проводил Арину, Лиду и Нину. «Сенатор» Голицыной и вторая машина сопровождения помигали габаритными фонарями, выехали за ворота. Дайаана помахала им рукой и полезла в «Фаэтон». Нам-то разделяться не нужно. Пока мы ехали, поинтересовался у притихшей княжны, уже, конечно, потерявшей свой прежний статус, когда полностью посвятила себя шаманству:

— Помнишь, ты меня предупреждала насчёт опасности? Что-нибудь конкретное духи нашептали?

— Мне кажется, ты до сих пор относишься к моему общению с духами с каким-то пренебрежением, — Дайаана, конечно, упрятала обиду глубоко в себя, но я же чувствовал, как её это задевает.

— А вот и неправда, — глядя прямо в глаза шаманке, где отражался свет дорожных фонарей, мелькающих вдоль дороги. — Очень даже внимательно отношусь. Только я предпочитаю, чтобы предсказания были точными… хотя бы на пятьдесят процентов. Опасность для меня может исходить с любой стороны. Но кто носитель этой опасности? Ты говорила про женщину. Кто она? Новое лицо в моём окружении?

— Твоих подруг я уже не подозреваю, — Дайаана говорила со всей серьёзностью, тщательно обдумывая слова. — А та, кто может тебе навредить, ещё не появилась на горизонте, но она где-то рядом.

— Этак мне от всех девушек и женщин придётся шарахаться, — пошутил я и задумался, разглядывая залитые светом фонарей и витрин магазинов улицы. Ехать ещё прилично. Машин стало поменьше, но из-за светофоров приходилось тащиться, как на тарантасе. — Слушай, Диана, а какой тотем мне выбрать? Может, подскажешь?

— Думаю, тебе лучше обратиться к шаману Омрыну. Он же близок к вашей семье, поэтому знает, какой зверь может стать тотемом Мамоновых.

— Но если я собираюсь создавать свой Род…

— Это неважно, — прервала меня Дайаана. — Ты — кровь от крови отца, деда и своих предков. Они веками жили на якутской земле и пропитались её энергией. Омрын поможет тебе.

— Ладно, поговорю с ним, — пробормотал я. — Всё равно планировал поехать в гости к родственникам. Ты, кстати, собираешься возвращаться?

— Да, — пошевелилась девушка, откинувшись на мягкий подголовник и прикрыв глаза. Её густые чёрные волосы рассыпались по плечам. — Надеюсь, к тому времени сумею понять, откуда тебе грозит опасность. Оберег тебе сделаю, будешь носить его постоянно.

— Спасибо! — на моей душе потеплело, и я благодарно улыбнулся шаманке. Забота Дайааны тронула меня до самого сердца. Бескорыстная девочка, лишившая саму себя всех радостей обычной жизни. Ни развлечений тебе, ни романтических встреч с молодыми людьми, ни семьи в будущем. Осторожно спросил её: — А ты не жалеешь, что стала шаманкой?

Она долго молчала, потом открыла глаза, повернула ко мне голову:

— Не жалею. Всегда чувствовала себя не от мира сего. А когда проснулся Дар провидения, поняла, что этого и ждала. Дух Геванчи посетил меня и рассеял последние сомнения. Сургэн — ты должен его помнить, он шаман нашего улуса — начал со мной заниматься, подготавливать к инициации. Иногда кажется, что священный костёр уберёг нас от большой ошибки. Какая из меня жена? Ты бы всю жизнь со мной маялся, и всё равно пришёл бы к тому, что сейчас имеешь.

— Не понял, — признался я.

— Я про твоих подруг. Они такие интересные, разные, и что самое удивительное — прекрасно понимают, что им придётся тебя делить. Так забавно наблюдать их соперничество за твоё сердце, — Дайаана хихикнула, но тут же посерьёзнела. — А вот я бы соперниц не потерпела. Поэтому и говорю, как хорошо, что костёр погас.

Я промолчал, не раскрывая истинной сути того забавного происшествия. Хотя… он мог погаснуть и без нашего с отцом вмешательства. Загадочная земля, загадочные обычаи. Может, и Геванча вмешался.

Наконец, мы приехали домой. Механики и бойцы занялись рутинной работой: перетаскиванием ящиков в мастерскую. Гена категорически не хотел оставлять аппаратуру и бронекостюм в фургоне, на морозе, поэтому парням пришлось немного попыхтеть.

Я не стал стоять над их душой и направился в дом. Усталости, благодаря подпитке Источника, не чувствовалось. Да и не затратил я столько энергии, чтобы волочить ноги. Переодевшись в домашнее, позвонил Лиде. По времени уже должна быть по пути в Зарядье.