– Что такое – психиарты? – Озадаченно спросил ее Левантевски.

Лиза удивленно вскинула брови.

– А что, в этом мире нет психов? В смысле, никто не болеет психическими расстройствами?

– О, болеют и еще как! – Вдруг энергично закивал фельдшер и потянул ее к двери дома. – Ты еще не видела магический психоз, вот где настоящая феерия и разгул для целительской практики.

– Мать моя задница, – убито пробормотала Лиза. Левантевски уже прижимал ее руку к точно такому же заглубленному отпечатку ладони на двери дома. – Так кто ж их лечит в таком случае?

– Мы! – Гордо ответил Левантевски и распахнул дверь. – Ну и всякие целители, ведьмы – кто по этой части учился, травники всяческие, иногда жрецы. Словом, любой кто изучал знахарское искусство. Оно же универсально.

– Это ж сколько всего учить вам приходится, бедным! – Удивилась Лиза, осторожно заглядывая в дом.

– Немало … ну, я пошел. Разбирайся тут, чем быстрее поймешь что для чего – тем меньше будешь творить странной ерунды.

И Левантевски беззаботным шагом направился к дверке в заборе.

– Кстати, – оглянулся он, уже открывая ее, – не знаю как ты выкрутишься с запиранием дверей. Самое простое – это просто плотно задвинуть их, никому и в голову не придет проверять заперты двери или нет.

– Спасибо за совет, – с сомнением откликнулась Лиза и, улыбнувшись, добавила, – и вообще спасибо за все, если б не ты – не знаю что бы я делала.

– Придет время – вернешь мне долг, – он подмигнул и скрылся за дверью, тщательно закрыв ее за собой. Лиза осторожно вошла в дом.

Дом оказался небольшим, но дорого обставленным, слишком дорого, чтобы быть уютным. Лиза медленно пересекла округлый холл, он сходился на лестнице, которая поднималась, прижимаясь к стенам. Справа и слева она увидела еще комнаты и принялась обследовать их, пытаясь разобраться в увиденном. Было ясно, что в доме живет очень богатая женщина, привыкшая к разного рода дорогим безделушкам, которые были тут натыканы по всем горизонталям и вертикалям. Лиза перетрогала все, покрутила в руках каждую вещь, по всему выходило, что цель их существования была лишь одна – радовать глаз хозяйки. Лоск и блеск, шик и дороговизна внутреннего убранства дома делали его холодным, отстраненным, блестящим будто витрина с драгоценностями. Лиза поежилась, оглядываясь по сторонам. Неуютно. Это все равно, что жить в ювелирном магазине, красиво, но никакого удовольствия. Неожиданно ее внимание привлекла картинка, стоящая на столе у самого входа и Лиза взяла ее в руки. Это был простой, но выразительный набросок, в котором угадывались два лица: одно явно ее собственное, судя по отражению в зеркале, а вот другое … Лиза поднесла картинку поближе к глазам и медленно покачала ее из стороны в сторону. Неожиданно картинка будто ожила, заискрилась, вспыхнула и лица стали выглядеть очень реалистично. Будто это было не изображение и даже не фотография, а, скорее, окошечко, за которым стояли двое – она и какой-то мужчина, стоящий позади и обнимающий ее за талию. Он был молод и красив, даже слишком красив на невзыскательный Лизин вкус. Острый подбородок, холеная белая кожа, изящный нос, капризный изгиб губ, огромные выразительные фиалковые глаза … и острые кончики ушей, слегка торчащие над нежнейшими каскадами белоснежных локонов. Эльф? Ну и ну!

Пройдясь по первому этажу, Лиза попала в гостиную. Зачем-то пожав плечами, будто чувствуя вину за неприязнь к дому, она решила проверить второе помещение. Это оказалась кухня-столовая. Большая, светлая, с окном выходящим на беседку. Иии … совершенно стерильная на предмет съедобного. Лиза озадаченно почесала за правым, затем за левым ухом. Ну точно же вот это – обеденный стол, вон столовые приборы, вычурный набор баночек явно со специями. Несколько стульев с вплетенными в спинки вензелями. И стены, сплошь закрытые деревянными панелями с затейливыми рисунками.

– Неужто эта красотка питалась здесь воздухом? – Проворчала Лиза, тщательно осматривая пространство под столом, в надежде найти хотя бы шкафчик, а в идеале – холодильник. – Хотя нет, вру. У девицы со столь изысканным вкусом явно главным блюдом был воздух с пряностями. А мне б колбаски кусочек, эхх!

Тут Лиза насторожилась – в холле будто бы слегка пристукнула дверь. Напряженно оглядевшись в поисках какого-нибудь зверского кухонного оружия, она не нашла ничего страшнее ложки. Сплюнула – сердито, беззвучно и вызывающе – и вооружилась здоровенной ложкой. В случае чего постараюсь нанести как можно больше тупых травм, мрачно подумала она и осторожно выглянула в холл.

– Альзичка моя! – Обрадованно воскликнул какой-то до странного тонкий тип и раскинул в стороны руки. – Ну! Поцелуешь меня сегодня? Или ты все еще сердишься?

Муж. Вот же непруха так невезуха и невезуха так непруха. Приспичило же ему заявиться именно сегодня. Лиза отложила ложку и осторожно вышла навстречу, изящно увернувшись от объятий.

– Ах ты … вредная девчонка! – Парень погрозил ей пальцем, длинным и гибким, словно у пианиста. – Ну что, соскучилась по мне?

Он артистичным выверенным жестом мотнул головой, откинув локоны на одну сторону и в глаза Лизе бросились его уши с тонкими заостренными кверху кончиками. О, а вот и эльфов подвезли, сумрачно подумала она, полный суп-компот. Глядишь уже скоро внимание обращать перестану кто тут снует вокруг меня. Однако лицо мужчины показалось ей смутно знакомым – странно, до сих пор ей еще не доводилось лечить эльфов. Тем более, таких аристократичных.

– Альзи, – снова позвал он ее мягким переливчатым голосом и двинулся вперед, Лиза попятилась, – ну же, девочка, не упрямься. Я пришел помириться. И просто так не уйду. Хватит уже.

Лиза сделала еще один шаг назад и положила руку на стол, нечаянно столкнув на пол какой-то предмет. Медленно нагнувшись, она зачем-то подняла небольшую золоченную рамку и перевернула ее. Взглянула на изображение и медленно перевела взгляд на пришельца.

– Ну же, милая! – Он развел руки в стороны. – Я вернулся! Ну брось! К чему нам эти ссоры, в конце концов, мы уже женаты. Пожили немножко врозь и хватит. К тому же, твой отец здорово рассердится, когда узнает об этом.